Охоту на суженого ведьма объявляет открытой

— Герцога нашли! Герцога! — услышала я крики с улицы, и на секунду мне показалось, что кто-то не очень умный решил подпевать Тути.

Но нет — через высокие французские окна было видно, как на двор ведут под узцы вороную лошадь, на которой сидит, покачиваясь, Кристиан. Его тут же окружили и начали помогать ему слезать с седла. Заботливая у него прислуга — только один раз уронили, пока помогали идти. Другие бы не упустили шикарную возможность в свою очередь пройтись по его светлости ногами — благо, он ничего не соображает.

А эти подняли, отряхнули, и повели в дом. Мне как раз закончили бинтовать голову. Тути, наконец, внял моим мольбам и перестал петь, только начал мурлыкать что-то еле слышное.

Леди Лейр, которая, как я поняла, была родственницей Кристиана, суетливо к нему бросилась, потом задумчиво оглядела комнату, остановившись взглядом на мне. Ну всё, подумала я, попрут с удобного дивана, чтобы освободить место для нового болящего.

— Кристиан! — повелительно сказала леди Лейр, остановившись напротив несчастного герцога, который изо всех сил старался держаться прямо, — ты мне должен многое объяснить!

— Не сейчас, леди Лейр, — решительно отстранил её врач, — сначала я осмотрю его светлость, его сильно избили, это видно.

— Кто?! — ахнула та, пока Кристиана сажали в кресло с высокой спинкой, — Кристиан, кто посмел это сделать... и что за леди прискакала на твоей лошади?

Взгляды всех, кто находился в комнате, скрестились на мне, и я поспешно прижала руку ко лбу, изображая, что меня мучит головная боль.

Кристиана заслонили широкими спинами врач и леди Лейр. Зато, наконец, все временно отвлеклись от меня. Было понятно, что когда разберутся с герцогом, снова вспомнят о таинственной незнакомке.

«Тути, ты меня слышишь?», — позвала я колечко, в надежде, что оно способно сегодня сделать хоть что-то полезное.

«Анжелка, ты меня звала?» — раздался донельзя довольный голос у меня в голове.

«Быстро организуй мне в рукаве платок с вышитой монограммой, или чем-либо подобным. Нужно, чтобы хотя бы имя не вызывало сомнений в том, что я леди, а не какая-нибудь вырядившаяся кухарка», — в тот момент мне казалось, что это и правда отличная мысль.

Тути не ответил, зато я почувствовала, как в правом рукаве неожиданно возникло какое-то давление. Под пристальным взглядом оказавшейся рядом служанки, которая как раз убирала остатки бинтов, я вытянула из него нечто, в два раза больше обычного носового платка. Состоящего почти полностью из кружев. И оцепенела.