Охоту на суженого ведьма объявляет открытой

Я спряталась за широким стволом дерева и поражённо наблюдала, как на мне появляются обещанные панталоны — гладкие, как трико, и короткие, затем прозрачная рубашка. Потом длинная юбка с подкладом. Когда рёбра сдавило корсетом, только всхлипнула — орудие пытки, да и только. Зато к платью претензий не было — голубое, с удлинённым лифом, украшенным длинным рядом застёжек, маленькое белое жабо доходило до подбородка. Изящные чёрные ботиночки красиво сели по ноге. Напоследок на макушку шлёпнулась маленькая соломенная шляпка, украшенная длинными перьями (страусиными, что ли?) — это я уже определила на ощупь.

Насколько я могла понять, приличный вид по меркам этого времени я приобрела, причём в течение каких-то пары минут. Но проблема с глазами осталась открытой. Можно натянуть шляпку пониже на лицо, но это будет смотреться очень странно. А солнечные очки в девятнадцатом веке изобретены ещё не были.

— Не боись, с глазами я тебя подстрахую, — деловито сказало кольцо, — пока они будут нормальными. Но учти — на закате я засыпаю.

Я вспомнила его вчерашнее внезапное мирное сопение. Значит, оно не притворялось, и действительно вечером засыпает?!

— А вообще, поторопись придумать, как с Симпле познакомиться, он уже приходит в себя!

Действительно, мужчина застонал и попытался пошевелиться. Почти не думая, что делаю, я быстро смяла шляпку и кое-как нахлобучила её на место. Потом с усилием порвала платье в нескольких местах и испачкала его землёй.

Устроившись на земле недалеко от герцога в живописной позе, я замерла, и очень вовремя — он сел и начал оглядываться, морщась от боли. Всё-таки, ему сильно досталось. Наконец, заметил меня и потрясённо охнул. Я тихонько застонала, и Симпле обеспокоенно склонился над распростёртой мною.

— Мисс, что с вами? — раздался его взволнованный голос, и я едва сдержалась от раздражённого вздоха.

— Как вы раскидали этих негодяев! — восторженным срывающимся шёпотом сказала я, не открывая глаза, — вы — мой герой, незнакомец!

— Я?.. — растерялся герцог. И его можно было понять — наверняка последнее, что он помнил, были жестокие удары. Но я твёрдо решила убедить его в обратном. Встав с земли, деловито отряхнула платье. Симпле остался сидеть, завороженно уставившись на меня.