Сны Персефоны

Место украшений — зелёные орхидеи в волосах да тонкая серебряная цепочка с хризолитовой «капелькой»: Аид надарил мне много драгоценностей — самых изысканных и элегантных. Но эта милая вещица дорога мне особо: муж тогда, скучая под землёй, попросил Гефеста обучить его ювелирному искусству и сделал её сам.

И лёгкие одежды, и скромное, но милое украшение очень идут мне. Я чувствую себя как в тот день в Ниссейской долине — лёгкой, воздушной, чуточку возбуждённой. И причиной тому — взгляд, которым скользит по мне мой мужчина: одновременно полный голода и благоговения.

Мы танцуем, а мне кажется — почти парим над полом. Для нас никого не существует в этот миг.

Наверное, мы бы парили и дальше, или вернулись к столу, чтобы поднимать заздравные кубки в честь Прометея и Афины и с умилением глядеть на то, как они целуются, смущаясь, будто студенты.

Но тут взывает сигнализация, объявляя нам, что кто-то проник на территорию. Мы все выбегаем в холл — Афина даже успевает материализовать своё копьё. Но застаём там всего лишь испуганную юную девушку — Психею, которая прижимает к себе баночку с кремом.

За этой косметикой бедняжке пришлось когда-то — по велению злобной свекрови Афродиты — спуститься ко мне в Подземный мир.

И сейчас, глядя в её огромные серые с коричневыми крапинками глаза — словно озёра с рассыпанной по дну галькой, — я понимаю: Психея снова выполняет чьё-то поручение…

И мне почему-то это очень не нравится. Потому что вдруг вспоминается история про невесту в чёрном, и в ней не было ничего весёлого.

..

О Психее в аиде узнали, когда смертные воззвали к Танатосу…

…То был один из удивительных дней, когда в Подземном царстве правили бал мир и спокойствие, даже несмотря на то, что в главном зале собрался едва ли не весь двор. Аид и Персефона играли в шахматы — они узнали об этой забаве в Звёздном Чертоге и очень полюбили. Сейчас же царь сетовал на то, что его соперник — не Тот. Царица же проигрывала и злилась.

Загрей и Макария сидели поодаль, обложившись книгами и свитками, и переводили какой-то иероглифический текст в двоичную систему, тихо хихикая и бросая на старших лукавые взгляды.

Гипнос, позёвывая, мешал сонный напиток в своей неизменной чаше. Геката гадала на картах Таро, а Танатос точил меч. Собственно, этим он занимался любую свободную минуту, как будто в мире было оружие быстрее и острее его меча. Он и сам весь словно из металла. Не только его железное сердце и чёрные крылья. Серебристые волосы, серая кожа и серо-лиловые глаза.