Фельдшер и Мармеладка

— Понимаешь, я тебе это передать хотел. Это на счет Лилы.

— Лилы?

— Да, — кивнул Киф. — Она большая. Твоего золота ей не хватает. Понимаешь ведь? Этот документ поможет тебе.

— Это как? — вконец растерялась Аника.

— Ты говорила, что в министерстве требуют, чтобы Лила жила в столице, но такого закона нет. Я проверил. То есть дракон не обязан следовать приказам Министерства Магии, даже если ему требуется золото. Золото по соглашению с сапфировыми магами предоставляется без условий. Понимаешь? — оторвал взгляд от бумаги, по строкам которой все это время нервно водил пальцем.

— Аника, ты можешь не работать здесь. То есть… если тебе нравится, конечно, можешь работать. Я хочу сказать, что ты имеешь право запросить золото и отказаться от службы в столице. Если Лила не хочет туда лететь, конечно. Понимаешь? Если возникнут проблемы, ты должна показать эту бумагу.

— Откуда у тебя такие документы? Ты ведь не юрист.

— Не юрист, — оставил на столе он голубой лист и убрал руки в карманы. — Просто… Хотел помочь.

Тебе и Лиле. Подумал, что это важно.

— Важно, — подтвердила Аника, взяла документ и налила себе чай. — Хотя, ты был прав. Наша жизнь зависит от правящих магов. Золотой дракон — эффектное зрелище. Рано или поздно они нас призовут в столицу и никакая бумага меня от этого не спасет.

— Это так, — кивнул Киф. — Но выше этого документа только король. Наш король добр и справедлив. Тебе не стоит его бояться. Он поймет.

— Спасибо, — улыбнулась Аника его наивности.

Пару минут на фельдшера не смотрела.

Не имела представления, что с ним делать и как отблагодарить. А фельдшер, как назло, все не уходил, не двигался и молчал.

“Всегда такой говорун, а теперь, — нервничала Аника. — Ну вот что ты молчишь? Скажи что-нибудь! Как-нибудь помоги мне смять эту дурацкую паузу”.

— Чай пей, — выдавила из себя она. — Хороший чай. Пей. А то остынет.

Тут же подумала, что фельдшер, если чай остынет, легко его подогреет. Закусила губу из-за своей глупости и беспомощности в ведении светских бесед, а Киф тем временем начал пить чай.

Кажется, его под отпустило. Но все также молчал. И это молчание мерзко сдавливало виски.

— Аника, можно с тобой поговорить? — осторожно спросил Киф.

Она аж выдохнула, чем, кажется, опять испугала.

— Можно, — тут же оправдалась.

— Ты придешь ко мне на инициацию? — сказал он с такой серьезностью, будто от этого зависит судьба Вселенной.

— Зачем?

— Ты мне нужна. Я тебя люблю.

Вцепилась в чашку как в спасательный круг.