Магическая стажировка. Любовь ювелирной огранки

Эсфирь дошла до места назначения и мгновенно поставила диагноз: Вершитель — типичный транжира, прожигатель жизни и просто человек, не знающий меры.

Только вот человек ли?

Стол располагался в пустынном амфитеатре, на овальной арене, посыпанной морским песком. Песок скрипел под ногами. К небу возносились арки и ряды сидений, где вместо зрителей были экраны, сотни и тысячи одинаковых прямоугольных экранов, на каждом из которых шло своё кино.

А что касается стола, то он прямо-таки прогибался под тяжестью блюд.

Кажется, Вершитель руководствовался нехитрым принципом: "Живем в последний раз, так почему бы не?.."

— Сегодня я дал тебе Шанс, — заявил он с другого конца стола. — Присаживайся, подкрепись перед практикой.

— Практика без теории? — изогнула бровь Эсфирь. — А так можно?

Она приблизилась к этажерке с фруктами столь уверенно, словно не ее совсем недавно окатили водой и магическим способом переодели. Взяла яблоко, надкусила. Фи, червивое!

— Еще как можно! — усмехнулся Вершитель. — В нашем распоряжении — Его Сиятельство Случай, Ларец Шансов и Ящик Разной Жути.

***

... — Ты хоть знаешь, что такое Шанс? Тебя вообще учили ларцы отпирать?

Эсфирь еще не отпустил восторг после платьев и амфитеатра, а ей в мёд уже подбросили ложку дёгтя. Вершитель не предупредил, что практику у нее будет вести некая Розалинда. Он просто нахально ухмыльнулся, на ходу превращаясь из седого красавчика в рыжее чучело. Свернул скатерть вместе с яствами заморскими — и был таков.

Эсфирь стремительно набиралась опыта. Теперь она знала, что на свете существуют занятные персонажи. Именно их-то и забыли спросить, что делать и куда идти.

Розалинда определенно принадлежала к их разряду. Она носила толстые очки в роговой оправе, толстую косу мышиного цвета и сама, в общем-то, была особой довольно пышной комплекции.

Знала она решительно всё решительно обо всём. Не терпела, когда ей перечат. А новеньких во владениях Вершителя тихо ненавидела.

Когда Эсфирь наконец-то открыла ларец (с увертливым ключом на цепочке еще нужно было найти общий язык), он оказался битком набит плодами чьего-то безудержного, креативного рукоделия. Пряжа, перья… Разглядеть толком не удалось — Розалинда захлопнула крышку.

Вершитель убрался с глаз долой, стол очистил, а экраны на зрительских рядах выключить не удосужился. Они мигали, внутри них постоянно кто-то двигался, и это выводило Эсфирь из себя.