Сторож Академии ведьм

Маг перестал управлять ее телом, и Юнни стала хаотично двигать тем, что она увидела, потому что наконец осознала, что она теперь не человек, а это гадкое чудовище с щупальцами и мерзкой жижей, стекающей с тела. Он подошел к ней и, стерев с плаща немного вязкой крови, прикоснулся.

— Прости, — печально сказал человек. — Чтобы вернуть все назад, мне нужно сделать тебе больно. И твое согласие. Скажи мне, Юнни, ты согласна?

Она не знала, как ему сказать. Чем? И как он вообще понимает, что она в ужасе, и почему хочет помочь.

“Кто ты?” — беззвучно спросила Юнни.

“Аилл, — тотчас зазвучал его голос. — Я люблю тебя. У тебя мало времени. Ты согласна вернуться ко мне?”

“Согласна”, — ответила Юнни, и сознание ее заполнило адское пламя.

Эпилог

Открыв глаза, она схватилась за свои пальцы, потом живот и, вскочив с кровати, обхватила себя руками.

— Кошмар. Это был просто кошмар, — Юнни начала истерически хохотать, пока не увидела в углу комнаты того самого страшного человека из ее сна.

Он сидел возле кровати и жег одним лишь взглядом.

— Кто вы?

— Аилл, — ответил мужчина. — Воспоминания вернутся не сразу. Хотя что-то, возможно, не вернется никогда.

— А химера? Вы отделили ее от меня?

Он покачал головой.

— Разъединить существа невозможно. Мне пришлось ее разрушить. Сжечь. Потому было так больно. Прости.

— Кто вы мне?

— Друг.

Юнни еще раз ощупала свое тело. Закатала рукава пижамы, чтобы убедиться, что у нее вновь нормальная, самая обычная кожа.

“Неужели не привиделось. Боги, этот ужас случился со мной на самом деле?”

— Получается, вы спасли меня, — он нетвердо кивнул. — Спасибо.

Юнни осмотрела комнату. Просторная и почти пустая, совершенно не похожа на палату или гостиницу, но и жилой назвать нельзя.

— Где я?

— В убежище. Здесь содержат тех, кому нужна защита и… особое отношение. Я долго не был уверен, что твое человеческое тело стабильно.

— Так, погодите, — перебила Юнни. — Как давно я здесь?

— Несколько месяцев.

Юнни села на кровать, осмысляя произошедшее, а Марртард не мог отвести от нее взгляда. Как хотелось броситься к ней, сжать в объятьях, зацеловать растерянное личико. Но сидел, всеми силами заставляя себя не двигаться с места, не делать ничего, что может ее спугнуть, разрушить с таким трудом восстановленное им сознание.