Найти Ларсена

Тело болело от побоев, но еще больше саднило в груди от того, что он потерял единственный шанс быть с Элианой. Все, что накоплено долгим трудом стало добычей амбалов, а у него осталось лишь десять таафей. Он на это может жить долго, ели не шиковать и питаться простой пищей. Не покупать новой одежды и вообще умерить аппетиты, которые у него и так более чем скромные. Но Элиане это не подходит. Она из хорошей семьи. Ей нужен комфорт, красивые платья, краска для губ, духи. Она очень любит духи и разные женские безделушки.

И еще остается господин Уш Падэ. Без кольца, без этого доказательства состоятельности он никогда не доверит свою дочь ему, простому сироте без роду и племени. Да он и сам теперь не решится просить руки любимой. Он провалится от стыда сквозь землю, если покажется на глаза Элиане с пустыми руками после того, как дал ей надежду.

Его счастье рассыпается на мелкие кусочки, а он ничего не может поделать.

Так Ларсен пролежал до самого вечера, молчаливо страдая из-за собственной несостоятельности, пока от холода и бессилия не онемело тело.

Мир моментально поплыл, бока отозвались болью, на губах лопнула корка, и в рот потекло солоноватое. Но все это казалось мелочью по сравнению с потерей кольца. Глядя вперед, где в вечернем полумраке на улице сияет фонарь, Ларсен поплелся к выходу из переулка. Его качало, мысли путались, казалось, что все вокруг поменялось местами.

Глава 13

Кое-как выбравшись из переулка, он заслонился рукой от света фонаря, который показался непривычно ярким, в голове мелькнула мысль – если бы он не пытался срезать путь, уже давно целовал бы свою Элиану. Теперь же это превратилось в далекую, подобно звезде, мечту.

– Как же… так… – прохрипел Ларсен и не узнал свой голос.

От побоев и долгого лежания на холодной брусчатке, он осип и стал похожим на глас гоблина. Глубокое чувство досады и бессилия затопило грудную клетку, он проиграл, как недостаточно сильный, недостойный, слабый. Слабым не положено брать в жены таких девушек, как Элиана.

Ларсен простонал, сцепив зубы. Сейчас хотелось одного – добраться до комнатки на втором этаже, упасть на кровать и спрятаться от всего мира. Чтобы никто и никогда не узнал о его позоре.