Счастье для гения

А он так старался!

На завтрак подавал нежнейшие омлеты, каждый день недели по новому рецепту: то на гренках, то перепелками, то со шпинатом или фруктами. Обеды были верхом совершенства. Ещё никогда у него так удачно не получались луковый суп, индюшиный бульон с солеными сухариками из хлеба с семенами, борщок со сметаной, овощной суп-пюре с фрикадельками, черепаховый суп. А уж про ужины и говорить не стоило: картофель и мясо всех видов, разнообразие блюд из морепродуктов, блинчики и оладьи, пироги и пирожные… Его фантазия не знала границ, а вдохновенье фонтанировало мощным гейзером.

Но к кофе она была равнодушна, омлеты ела постольку поскольку, море продукты не ела вообще, мясо не очень любила, рыба была костлява, даже если это были рыбные котлеты, от картошки могла испортиться фигура, а к десертам не оставалось места в желудке.

Это Лиля сначала удивляло, потом обижало, потом и вовсе злило. Что бы он не придумал, как бы не извернулся, ей все не нравилось. Причем чаще всего ничего не было сказано вслух, но то, с каким видом она рассматривала моллюсков в лимонном соусе или с каким – торт из мороженого с лаймовым джемом, не говоря уже об азу или франкском луковом супе, было понятно безо всяких слов и ранило каждый раз, как в первый.

И все её «спасибо» после еды не перечеркивали неприятного впечатления.

Он мнил себя знающим поваром, умеющим поразить любого едока, от самого непритязательного до самого куртуазного. А тут девчонка, что вчера приехала из какого-то рабочего поселка, где кроме заводских столовых, других ресторанов и не водилось, крутила носом от деликатесов!.

. Гордость Лиля страдала.

Он пытался выспросить, что ей нравится и почему, но она только кривилась недовольно и молчала. И вообще она как будто ничем не интересовалась. От прогулок по живописным в это время года улицам Делегардово отказывалась, в столице ей не нравилось, куда бы Лиль её не пригласил, свои домашние задания учила без огонька и азарта, не выходя за рамки лекционного материала.

Иногда к ней приходили подруги посидеть, поболтать.

Да и то, Лилю казалось, что они больше собираются потрещать в их комнате не из-за Кати, а потому, что у них тихо и хозяин, привыкший не отпускать гостей голодными, всегда ставил на стол что-то вкусненькое. Так казалось ещё и из-за того, что Кати крайне редко вступала в эти разговоры подруг. Она больше сидела молча и слушала. Оживлялась только, когда речь заходила о книгах.

Она очень много читала художественной литературы.