Счастье для гения

Комендант уже давно намекал на подобный вариант, но Лиль опасался, что его плата будет выше и не готов был рисковать своей свободой. Но все оказалось просто непередаваемо замечательно, и даже было немного жаль, что он раньше не обсудил условия, а то давно бы уже жил как барин.

Часть 2_4

Через пару недель, когда устроился и обжился на новом месте, Лиль зашел в комнату Кати и сказал, подперев плечом косяк и сложив на груди руки:

- Собирайся, ты переезжаешь ко мне.

Молчаливая Кати, выражавшая всем своим видом удивление при появлении Лиля, после этих слов расплылась в предвкушающей улыбке.

Вздернув нос, молча кивнула и вытащила свой баул. Пока она ходила туда-сюда по комнате и паковала свои вещи, её соседки пораженно таращились на неё, Лиля и друг на друга. Было понятно, что для них это событие века. Его долго будут помнить и обсуждать.

Кати же молчала, постреливала глазками в сторону парня и все улыбалась. Он стоял и наблюдал за тонкой маленькой фигуркой, снующей по комнате, и все никак не мог поверить, что это происходит с ним, что у него теперь есть девушка, которая будет с ним жить.

Это счастье? Это уже оно? Он пытался представить, как это будет – жить вместе с Кати, как она вот так же будет ходить по их комнате, и делать, например, уборку, но ничего в голову не приходило.

Лилю надело это хождение девушки от шкафа к тумбочке, от тумбочки к кровати и обратно. Он отлепился от косяка, выдернул сумку из её рук и сказал:

- На первое время хватит, потом заберешь все остальное.

Она прямо расплылась от удовольствия. Лилиан только пожал плечами, не поняв причины, но потащил и сумку, и девушку наверх, на этаж семейных магистрантов. Зайдя в комнату, жестом фокусника показал на стены вокруг:

- Ну как? Тебе нравится?

Кати улыбалась и только молча кивала.

Парень готов был плясать от счастья. «Вот оно – мужское счастье!» - думал он.

Как это ни странно, девушка оказалась совсем не такой, как её представлял себе Лиль. Он думал, что она робкая, нежная, хрупкая.

Но это впечатление было обманчивым.

Да, она была молчаливой, но если заговаривала, казалось, что рубит слова. Они вылетали из её рта такими маленькими крепенькими чурбачками, что казалось, что она швыряет их на дальность.

Она была не капризна – ела мало, пила в основном чай или воду, ничего у него не просила, как это делали, по ловам семейных приятелей, другие девушки.

Но чтобы Лиль для неё не приготовил, ела с неохотой, будто делала ему одолжение.