Честное волшебное! или Ведьма, кошка и прочие неприятности

Сияние нарастало, пока не превратилось в высокую фигуру в длинном плаще и белых латах. Взвесив в руке огромный меч, будто он был не опасным оружием, а муляжом или детской игрушкой, жнец еще с минуту полюбовался затылком погруженной в размышления ведьмы, после чего радостно изрек, увидев на столе на четверть полную банку:

— О, варенье! А чайку нальешь, моя сладкая?

Там же через полчаса

— Говорю же тебе, не могу я! — возмущался жнец, делая очередной шаг назад и с опаской посматривая на подбоченившуюся ведьмочку, бросающую на него грозные взгляды.

— Что значит «не могу»? Ты ему друг или кто? — наступала Джемма. — Как за помощью к Эдгарду являться — так это пожалуйста, а как самому хоть палец о палец ударить — так сразу «не могу»!

— Сладкая моя, клубничная... — начал парень, подумывая вынуть клинок из ножен на спине.

Не для того, чтобы пускать его в дело, конечно... да и не вышло бы это с мечом жнеца, а затем, чтобы хоть немного отрезвить слегка спятившую девчонку видом грозного оружия.

— Я не сладкая! — возмутилась Джемма.

— Очень даже сладкая. — Белые губы Эла сложились в плутоватую улыбку.

— А почему клубничная? — чуть нахмурившись, уточнила собеседница.

— Так фея же, — развел руками он.

— Я ведьма! — Она умудрилась зашипеть, несмотря на то что в словах, сказанных ею, не было ни одной шипящей буквы.

— Это для всех ты ведьма, а для меня самая настоящая фея. Клубничная, малиновая... сладкая. Джемма, — произнес он, смакуя ее имя, словно сочные ягоды. — Фея моего сердца.

— Ладно, можешь называть меня этой мифической коротышкой со стрекозиными крылышками, да простит нас Марна! Но ради всего триумвирата, помоги! — состроив жалобную мордашку и умоляюще сложив руки, попросила девушка.

Смена тактики ничуть не обрадовала Элроя. То агрессивно настроенная ведьма, то готовая расплакаться страдалица... и что ему с ними всеми делать?! Зашел к старому другу на чай, называется. Эх! Нет чтобы опасалась его девчонка, как вчера. Стороной обходила, вареньем кормила... А тут схватила банку, спрятала в шкаф и... началась вербовка жнеца на службу на благо несчастного похоронного бюро и его арестованного владельца.