Изгнанная с небес

«Светозар!» Она отчаянно пыталась добраться до него, чтобы убедиться, что он жив. В следующее мгновение поле битвы исчезло, и Мира оказалась совсем в другом месте.

Сверху сияли россыпи звезд. В зале мироздания было непривычно тихо и стоял полумрак. Мира готова была прослезиться, но не оттого, что соскучилась по Чертагам. Она так старалась, но в итоге не удостоверилась в безопасности своего возлюбленного. Это были слезы обиды и отчаянья.

Ее сущность приняла истинную форму, но все также не имела тела. Мираэль не возродилась заново.

– Так ты приветствуешь меня? Во всеоружии, – раздался задумчивый голос Верховного.

Мираэль вздрогнула и взглянула вперед. Только сейчас она обратила внимание на трон и на Сварога, восседающего на нем. Верховный бог был в своем обычном облачении и казалось только вышел из кузни.

Она заставила оружие исчезнуть, невольно вспомнив про еще одно, более сокрушающее. Жезл возмездия. Он напрямую не был в ее власти, но им она пользовалась чаще других. К сожалению, призвать его не получилось бы ни при каких условиях. Арсенал запечатывали особые заклинания, взломать которые невозможно.

– Даже так, – приподнял брови Сварог, словно прочитав ее дерзкие мысли.

– Приветствую, верховный, – поспешно выдала Мираэль, склонив голову вниз. – Просто я не ожидала, что наша встреча состоится раньше оговоренного срока.

В зале потемнело еще больше. Сварог не скрывал своего огорчения.

– Как и я, – проговорил он, выдержав паузу, и заставляя Мираэль нервничать еще сильнее. – Ты нарушила условие. Трижды. Это того стоило? Ответь мне.

Она подняла взгляд.

– Стоило, – ответила без тени сомнения. – Разве я не должна была осознать законы Прави? Я старалась защитить близких и быть справедливой, но не вмешиваться в судьбы смертных слишком непосильная задача.

Законы Прави не имели точных определений. Их нельзя было просто заучить наизусть, а только прочувствовать. Отличить свет от тени не так-то легко. Она честно старалась, смиряя раз за разом свою гордыню, но получалось плохо. Даже в ее желании оградить мать, брата и любимого проявлялось чувство превосходства над всеми остальными.