Танец для чародея

Она укажет путь к твоей суженой.

— Ева? Твой фамильяр?

— Мой друг, — отозвалась я.

Арнарий покосился на корзину, стоящую возле огня, а потом притянул меня к себе, явно собираясь поцеловать. И тут окно распахнулось, и тревожно ухнула Ева, влетевшая в комнату.

— Ева! — обрадовалась я.

— Лия! — пораженно воскликнул Арнарий и протянул руку к сове, которая тут же принялась напрашиваться на ласку.

Я нервно сглотнула, издала смешок.

— Ар… ты хочешь сказать… моя Ева и есть твой пропавший фамильяр? — не удержалась я.

Маг ошалело посмотрел на меня, сверкнул глазами так, что захотелось спрятаться за кресло.

Или лучше прямо под него.

— Не может этого быть! — хором выдали мы и рассмеялись.

Ева радостно ухнула, подставляя крыло уже под мою руку. Соскучилась…

И я неожиданно вспомнила и про темное заклинание, которое ранило сову год назад, и про рассказ Арнария. Ответ же лежал у нас под носом!

Кажется, мой маг подумал о чем-то похожем, хмыкнул, когда Ева снова ухнула и не больно укусила его за палец, а после сорвалась с места и отправилась рассматривать елку.

— После Ледяной Полночи она может снова обернуться.

— В смысле? — не поняла я.

— У нее крыло станет размером с тебя. Она привыкла носить наездников.

Охнула, поглядывая на сову, в которой все же спала магия. Я в этом не ошиблась.

— Темное заклинание, брошенное магом, заперло в ней возможность превращения. Но, во-первых, я уже рядом, помогу силой, а во-вторых, как я сказал, волшебство Ледяной Полночи способно и не на такое.

Я ошалело кивнула.

— Суженая… — прошептал он и рассмеялся довольно и счастливо.

— Суженый, — прошептала я, окунаясь в его счастье и нежность.

— Вынужден предупредить, огненные чародеи однолюбы.

— Вынуждена предупредить, снежные ведьмы тоже, — нашлась я, улыбаясь.

— И что особым терпением я никогда не отличался, — заметил Арнарий, стаскивая с меня одеяло.

Я рассмеялась и нашла его губы, лаская жадно и страстно. Счастье пролетело мимо, коснулось крылом, разрушило сомнения. Мы целовались долго и самозабвенно, забывая обо всем на свете.

Очнулись на мгновение, чтобы отдышаться, когда послышался жуткий грохот. Ева все же умудрилась уронить елку. Но почему-то мешать ей наслаждаться учиненным безобразием не хотелось. По воздуху плыли огненные цветы, перемешивались с серебряными… Насколько же надо увлечься, чтобы не заметить, как наступила Ледяная Полночь, и ко мне вернулась магия!

Ох!

Говорят, у Ледяной Полночи невероятное волшебство. Сильное. Могущественное. Способное на все.