Улицы разбитых артефактов. Бал скелетов

Я распахнула глаза, силясь вспомнить, где я и что происходит. Растерянно посмотрела на Фарлея, который придвинул свое кресло ближе и сейчас сидел около меня.

— Я думаю, нам пора домой, — мягко сказал он, пока я хлопала ресницами, сгоняя дрему. — Мой стол — далеко не лучшее место для отдыха.

Я вскинулась, осознав, что самым наглым образом продрыхла все это время, ничем не сумев помочь Фарлею.

Бедняга! Он-то и на миг не сомкнул глаз. Вон какие темные круги залегли около его переносицы, а возле рта появились жесткие морщины усталости.

— Прости, — пробормотала, испытывая стыд. — Я не должна была… Но моя соседка по комнате так храпит… Как сотня злых волков рычат. И день сегодня был такой суматошный…

— Поедем домой, — уже настойчивее повторил Фарлей. — И тебе, и мне нужен отдых. Я при всем своем желании не могу работать сутками на пролет.

Я посмотрела на его стол. Удивленно вскинула брови, увидев множество документов и его блокнот, раскрытый на последней странице и полностью заполненный записями.

Ох, да Фарлей и на миг не отвлекся, пока я тут безмятежно сопела!

— Сколько времени? — хрипло спросила я, прежде покосившись в окно, за которым серел предутренний сумрак.

— Полагаю, около пяти часов утра. — Фарлей не удержался и широко зевнул. Правда, тут же прикрыл рот ладонью и виновато на меня покосился.

— И ты все это время работал? — ужаснулась я. — Фарлей, это же просто уму непостижимо!

— Я вольно или невольно втянул тебя в эти неприятности, — непреклонно возразил он.

Я открыла было рот, желая ему возразить. Но мгновением раньше указательный палец Фарлея прижался к моим губам.

— Не сейчас, — попросил он, измученно улыбнувшись. — Агата, просто поехали ко мне. Я даю тебе честное слово, что не буду приставать. Но на твой постоялый двор я тебя не отпущу, хоть пытай меня. — Помолчал немного и вкрадчиво добавил: — И чем дольше ты упрямишься — тем меньше у меня времени на отдых.

Понятное дело, после такого замечания я и думать позабыла о всех своих резонах против.

Фарлей так много делает для меня! Пожалуй, самое малое, чем я могу ему ответить — это не спорить.

Поэтому я просто встала. Задумчиво пошевелила большими пальцами на ногах.

Ох, а туфли-то мои так и остались в ратуше! И что делать? Хорошо еще, что чулки не порвались.

— А ты знаешь, кстати, что у меня на чулках красные бантики? — вдруг спросила я.