Улицы разбитых артефактов. Бал скелетов

Воздух вокруг него словно искрился от бурлящей скрытой энергией.

— Я не скрою, ты угодил в весьма серьезный переплет, — все так же тихо продолжил Уильям. — И врагу не позавидуешь в такой ситуации, что уж говорить о родном сыне. Воистину, между молотом и наковальней.

Фарлей несколько раз размеренно ударил пальцами по подлокотнику кресла, но опять ничего не сказал.

— Я не буду настаивать на немедленном аресте Агаты Веррий, — завершил свою речь Уильям, одарив меня еще одним колючим проницательным взглядом. — Но завтра в пять вечера я жду вас обоих в своем кабинете.

Я гулко сглотнула. Ой, что-то мне последний вариант совсем не нравится!

— Не переживайте, Агата, — со слабой улыбкой обратился ко мне Уильям. — В нашем управлении чрезвычайно комфортабельные камеры.

В нашем управлении? Я мысленно с удивлением повторила эту фразу. Это что же получается, отец Фарлея тоже работает в полиции?

— Спасибо, — почти не разжимая губ, произнес в этот момент Фарлей.

Уильям Регс открыл было рот, желая добавить что-то еще. Но в последний момент передумал. Встал, бесшумно отодвинув кресло, и неторопливо отправился к дверям. Правда, около самого порога остановился и обернулся к нахмурившемуся Фарлею.

— Я знаю, ты не любишь, когда тебе дают советы, — мягко проговорил он. — Но я все же дам один. Сын, езжай домой. Выспись хоть немного.

— Боюсь, у меня на это нет времени, — буркнул Фарлей.

— Девушка, которую нашли в старом доме Грегора, сможет дать показания только утром, — не согласился с ним Уильям. — Деера лучше подержать в камере подольше. Пытка ожиданием — одна из самых страшных. Графиня Ириер… Полагаю, завтра утром она будет более чем разговорчива, если проведет ночь без своего нюхательного порошка. Поэтому позволь себе хотя бы часов шесть сна. Поверь моему опыту: свежие идеи лучше всего приходят в отдохнувшую голову.

Фарлей ничего не ответил. Правда, его отец и не ждал от сына какой-либо реакции. Уильям перевел взгляд на меня, чуть склонил голову, прощаясь. И на дне его зрачков промелькнула мягкая усмешка.

Спустя несколько минут мы с Фарлеем остались наедине. Тот принялся растирать себе переносицу, зажмурившись.

— Твой отец прав, — осмелилась я на замечание. — Тебе необходимо отдохнуть. Вторая ночь без сна вряд ли пойдет тебе во благо.

— Возможно, — внезапно согласился Фарлей.