Ведьмин род

– Браво! – Мариус закончил аплодировать. – Какие высоко литературные сравнения! Я сражен в самое сердце, честное слово.

Вере очень захотелось съездить ему по другой щеке, и не ладонью, а сразу кулаком.

– Говори.

– Твоя бабка приказала мне молчать, добавила к этому неслабый заговор, чтобы не было соблазна проболтаться. Действие магии почти сошло на нет, но открой я рот на интересующую тебя тему, и меня развеет по ветру, не фигурально выражаясь. Договор нарушать нельзя.

– Что за тема?

Ромка взял ее за руку:

– Не заставляй его, с Договорами шутки плохи.

Все вокруг были в курсе, что можно, а что нельзя, что правда, а что ложь. Даже ее демон-хранитель проявляет больше уважения к инквизитору, приставленному к ней для соглядатайства, чем к ней самой. Неужели это просто от того, что Ираида Васильевна обрекла ее на жизнь в потемках? Не рассказывая ничего даже про природу ее силы, про пределы возможностей, про то, на что она на самом деле способна.

– Если я освобожу тебя, ты скажешь, кто такой Первый, почему он убил Сережу и кто насылает на меня потусторонних тварей?

Мариус кивнул:

– Все это и даже немного больше.

Прежде Вера не раз думала о том, что будет, окажись демон на свободе. Боялась, представляла, как он нападет на нее, отомстит за десятилетия рабства. Сердце тревожно зашлось, и девушка сжала ладонь Федорцова, успокаиваясь его теплом.

– Хорошо. Как мне это сделать?

– Просто скажи, – Мариус поднялся на ноги. – Достаточно твоего желания.

Сердце колотилось так громко, что сквозь шум в ушах Вера едва слышала слова.

Он был последним, кто оставался у Веры, самый нужный, самый близкий. Почему такие вещи осознаются только в самый последний момент?

Демон ждал.

– Мариус, я… – она сглотнула тяжело и закончила, – расторгаю Договор между тобой и родом Ильинских. Ты свободен.

И ничего не произошло. Не было ни грома, ни молний, земля не разверзлась, и демон не накинулся на бывшую хозяйку и не разорвал на кусочки. Вера целую минуту не решалась пошевелиться, Мариус, кажется, тоже.

– Получилось?

Демон ответил не сразу. Размял шею, провел ладонями по лицу – будто проверял, здесь ли он еще. Потом вздохнул и… улыбнулся:

– Да. Получилось.

А Вера все никак не могла оторвать взгляда от этой улыбки, настоящей, светлой, вовсе не такой, какой она привыкла видеть ее.