Ведьмин род

Но так же ведь нельзя. Это неправильно.

– … в общем, он мне встречаться предложил, – Кристина отхлебнула кофе из чашечки, конечно, несладкий, фигура превыше всего. – Раз уж его бывшая ушла из жизни добровольно и без обиды на него, почему бы нам не попробовать? Как думаешь?

Вера цедила молочный коктейль и слушала вполуха. Романтические откровения Крис где-то глубоко внутри диссонировали с ощущениями Веры. Как будто все вокруг уже забыли, а она еще помнила. Помнила страх, отчаяние и белые руки, тянущиеся к ней со дна лестничного колодца.

– Я надеялась, что это сделает Кэп. Ну помнишь, симпатичный заклинатель. Хромает немного, но это ничего, мордашка все компенсирует, и глаза такие синие-синие. Все как я люблю, – Кристина хихикнула. – Есть в нем что-то такое, холодное, я бы даже сказала, возбуждающее… Эй, Вера? Мы вроде поболтать встретились?

– Это неправильно, – вдруг выдала Вера и сама вздрогнула от того, как грубо это прозвучало. И фанатично. Так мог бы говорить священник перед распятой грешницей, тот священник, который отправлял на костер.

– Что? О чем ты…

– Этот парень только недавно потерял близкого человека, ты чуть не умерла, тебя спас инквизитор с сияющим мечом. И та девушка, которая покончила с собой, она ведь сделала это не добровольно. Ее к этому склонили. Ей что-то пообещали и обманули. Ты же тоже это понимаешь! – Вера склонилась к ней через крохотный столик. – Почему делаешь вид, что жизнь просто идет дальше?

– Потому что она идет дальше, – Кристина с грохотом отодвинула стул и поднялась.

Крис уже ушла, оставив после себя несколько купюр за кофе, но ее последние слова еще будто бы отражались от оклеенных веселыми цветочными обоями стен. Почему-то Вере подумалось, что даже та мертвая девушка, выпрыгнувшая из окна, в чем-то более живая, чем сама Вера. И эта мысль ужасала.

Она жила одна уже три года, последний парень, с которым у нее были хоть какие-то отношения, едва не погиб под колесами замызганной “пятнашки”.

– А если мне уехать? – девушка валялась на диване в старой пижаме в клеточку и болтала в воздухе ногами, свешивающимися через подлокотник. – Поеду к маме, поживу у нее несколько недель. Нет, месяцев.