Финория. Взгляд дракона

Полёт получился замечательный, хотя и короткий — граф не велел дракону долго катать ребёнка. Сам «ребёнок» был бы рад летать хоть до вечера, но здесь решения принимал не он. Дааро не уносил его далеко, лишь сделал несколько кругов над окрестностями замка, и Тион с неудовольствием обнаружил, что встречный ветер просто ледяной, хотя дракон летал медленнее барса. Тогда, морозной ночью, Тион был без шапки и в кафтане нараспашку, но ничуть не мёрз, даже песни распевал, а сейчас едва не задыхался от холода и щурил глаза.

Спросить бы графа Ориона, в чём тут закавыка — мальчик уже понял, что граф тут умнее всех — но тогда придётся рассказать о земляном барсе. А о нём Тион хотел рассказывать ещё меньше, чем о мерзкой сцене в общем зале. Словно, рассказав, он потеряет что-то навсегда.

Заставляло задуматься и ещё кое что: в ту ночь, катаясь верхом на барсе, он видел всю Финорию целиком и многие другие страны, но со спины дракона ему открылся лишь малый участок земли. То ли Финория выросла, то ли ночное путешествие ему приснилось, но держась за кожаную сбрую Дааро и кутаясь в Нарин платок, Тион не мог различить внизу ни одного дома, а противоположная сторона горного кольца еле виднелась в далёкой голубой дымке.

Полёт в Химерию пришлось ненадолго отложить — граф уехал в Хинорский дворец по служебным делам, и Тион даже немного огорчился. Он уже нарисовал себе в воображении, как ходит по аллеям фруктовых деревьев и ест сладости прямо с веток, а потом прыгает с обрыва в синее озеро и плавает там как рыба.

Однако в замке Ориона тоже было здорово. Слуги графа, хотя и потешались над мальчишкой, но делали это беззлобно, а обе женщины души в нём не чаяли.

Пробездельничав три дня и облазив все закоулки бывшего замка Грахе, а ныне — крепости графа Ориона, мальчик попросил дать ему работу. Сам. Его вдруг что-то кольнуло: все вокруг трудятся, даже граф, а он бьёт баклуши. Вако одобрил такое решение и вручил Тиону деревянную лопату.

— Будешь разгребать снег перед замком.

Заодно и воздухом подышишь, — сказал слуга.

Тион схватил лопату и выбежал на улицу — не забыв, впрочем, скорчить Вако рожу. Тот в ответ изобразил рычание какого-то дикого хищника и захохотал.

Отдохнув после расчистки снега и вдоволь набегавшись, Тион сидел на деревянной скамье у входа и фантазировал. Он постоянно что-нибудь сочинял — про драконов, про битвы, про захваченные у подземной нежити замки, и всегда в своих мечтах выходил победителем.