Финория. Взгляд дракона

Легко вспрыгнув на подоконник, он смело шагнул с карниза, и принцесса вскрикнула: ведь окно так высоко! Но тотчас раздалось хлопанье огромных крыльев, и над парком пронёсся зелёный двуглавый дракон, а на его спине сидел всадник в дорожной одежде. К собственному удивлению Финора обнаружила, что появление прямо под её окнами чудовища, которое должно было вселять ужас одним только видом, совершенно её не напугало. «А ведь я могла улететь с графом, — подумала принцесса. — Почему, ну почему я была с ним такой грубой?» А снаружи уже слышались крики охранников: «Дракон! Дракон прилетел! Держите его! Держите!»

2.

Сон

К ночи переполох во дворце унялся. Дракона не поймали, но срочно отправили гонцов во все края с сообщением о вернувшейся напасти. Вокруг дворца утроили охрану, а принцессу теперь повсюду сопровождала служанка. Ужин пришлось отложить на два часа.

Теперь же, по прошествии времени, в королевской трапезной собралась вся монаршая семья: старый король, отошедший от дел, занимал своё место во главе стола, посреди широкой его стороны, а рядом сидела королева-мать, носящая монашеское одеяние после трагедии на турнире, где погиб их старший внук.

Родители Финоры, правящий король Фино и его супруга Финора-средняя, тоже не снимающая траур, сидели у правого узкого края. Левый край, как символ будущего, предназначался Финоре, единственной дочери и наследнице, а оставшаяся широкая сторона была сервирована для Ушедших.

Пока по земле ходил хоть кто-то, кто видел человека живым, для этого Ушедшего ставили столовый прибор и кресло. В этом году на стороне Ушедших стояло девять золотых приборов.

Войдя, Финора приветствовала родных, с опаской покосилась на сторону Ушедших и села на своё место. О, как боялась она в детстве проходить мимо трапезной! Неясные тени и полупрозрачные силуэты покойных родственников чудились ей возле стола, наводя чёрный ужас. Как пугали юную принцессу пустые тарелки и бокалы без вина — ведь мёртвым не нужно ни есть, ни пить! В детстве она боялась спускаться в трапезную, и ни один обед, ни один ужин или завтрак не обходился без горьких слёз — и заслуженного наказания.

Финору оставляли без сладкого, без игрушек, лишали общения с родителями, и это последнее наказание было горше всего, но маленькая упрямица твёрдо стояла на своём и ни в какую не желала отказываться от глупых страхов.