Финория. Взгляд дракона

— Знаю, тебе не хочется идти в эту Хинорию, да и мне, признаться, тоже — но больше некуда. Лучше Хинория, чем пыльная буря, как ты полагаешь?

Внезапно раздался низкий гул, и земля задрожала. Вабран заметался. Наи спрыгнул и притянул животное к земле вожжой, шепча ему на ухо успокоительные слова — хотя сам обливался потом от страха. Ваби припал к земле, расставив лапы, хозяин прижался к нему, и так они лежали рядом на холодной вибрирующей земле, пока гул и тряска не утихли. Пара минут показалась им вечностью.

— Это не… не гроза, Ваби, — заикаясь, проговорил Наи и поднялся на колени. — И не пыльная буря. Гремело оттуда, — он показал пальцем на острые скалы с багровым облаком. — Кажется, я опять дал маху, и это не Хинория, а… а Подземье знает, что такое. Прости, что я тебя гнал сюда. Думаю, нам с тобой надо бежать обратно, и чем скорее, тем лучше.

Едва он набросил вожжу на вабрана, как что-то снова показалось ему неладным. Наи прислушался и в наступившей тишине различил тихий шелест. Вабран вырвался и отскочил на четыре акрин, взмахнув хвостом.

Внезапно под ногами мелькнула маленькая тень. Наи ожидал нападения сверху или сбоку и потому не успел отпрыгнуть — ему не хватило доли секунды, чтобы увернуться от гибкого и цепкого древесного корня, взметнувшегося из-под песка и обмотавшего его ногу.

— Ваби! — закричал караванщик и что есть силы рубанул по корню ножом, но второй корень свалил его на землю.

* * *

— Я плохой ученик, граф? — спросил Тион после занятий, когда они под птичий щебет возвращались с площадки в замок.

— С чего ты взял? — удивился Орион.

— Равновесие не держу, боль терпеть не умею.

— Так это же всё нарабатывается. Посмотри, какие кулаки у Норте — думаешь, они у него сразу такими стали? Он три года их набивал.

— Давно! — Тион продемонстрировал раскрытые ладони.

— Вот и молодец. Вернусь из Хинории, начнём потихоньку изучать меч.

— Ух ты!

— Скажи Вако, пусть вырежет тебе деревянный. А Нара пусть сплетёт тяжёлую кисть длиной в локоть.

— Для противовесу? — понимающим тоном уточнил мальчик.

— Ага.

— Какого цвета?

— Ну уж не зелёную, — усмехнулся граф. — Обычно делают красную или жёлтую.