Финория. Взгляд дракона

— А не примерить ли заодно и это?

— Как вам будет угодно, госпожа, — с готовностью сказала Флира и сняла платье с вешалки.

— Нет. Я хочу, чтобы его примерила ТЫ.

У Флиры округлились глаза, но медлила она лишь секунду, а потом скинула свою форму горничной прямо на пол и надела красное платье.

— Повернись, — скомандовала Финора и застегнула крючки на спинке. — Оно тебе впору, — задумчиво сказала она. — Разве что чуть коротковато.

Флира молча сбросила туфли на каблуке и встала перед зеркалом босиком.

— Пройдись.

Флира плавно прошла вдоль шкафов и обратно. Переливчатый алый шёлк струился, как языки пламени. Длинный правый рукав с приколотым брошью газовым шарфом, ниспадающим до пола, контрастировал с коротким, почти отсутствующим левым. Голая рука Флиры казалась совершенно беззащитной, и принцессу передёрнуло. А горничная была безмятежна. Она двигалась с таким видом, словно у неё на голове не служаночья наколка, а корона. Флира старалась смотреть вниз, но не удержалась и бросила на принцессу короткий взгляд — всего лишь один взгляд, чуть насмешливый и, может быть, с оттенком презрения.

Она тут же спохватилась и присела в глубоком реверансе, но принцесса всё заметила.

— Достаточно, снимай. Я просто хотела посмотреть, как оно выглядит со стороны. Подойди, я расстегну.

— Оно великолепно, госпожа! Вы будете самой красивой невестой в Иэне.

— До свадьбы ещё год, — проворчала Финора, расстёгивая крючки.

Флира сочла благоразумным промолчать.

* * *

Тион обожал пряники Нары, но в тот день почти не почувствовал даже вкуса еды — так ему не терпелось поскорее приступить к обещанной графом беседе.

После обеда начал накрапывать дождик, и они вдвоём — граф и Тион — расположились в комнате графа в креслах у окна, а Дааро, которому дождь был нипочём, улёгся на крыше, обернув хвост вокруг башенки и просунув зрячую голову прямо в комнату.

Обстановка была простая, если не сказать бедная. Обитые деревом стены, еловый потолок, жёсткая кровать, комод, стол и два кресла — вот и всё убранство.

Единственным предметом роскоши можно было назвать камин с узорной решёткой. Сейчас в нём весело потрескивали дрова, и несмотря на открытые окна, комнату наполняло тепло.

— Сколько тебе лет? — спросил граф.

— Два миллиарда, — мигом откликнулся дракон, просунув в окно говорящую голову, и Орион рассмеялся.

— Тебе-то, наверно, даже и побольше будет. Но я спрашивал нашего юного друга.

— Почти двенадцать, — ответил Тион.