Блуждающие огни. Ведьма из леса

Рубаха – из белого льна с медной вышивкой вкруг ворота; куртка и штаны – из тонкой шерсти тёмно-красного цвета; широкий плащ из узорчатого войлока, лёгкого, но тёплого и непроницаемого для ветра. Работала она долго, вместе с пряжей вплетая чуть-чуть магии. У неё у самой плащ был из аэсты – в таком и самый беспощадный дождь не страшен, и самый лютый мороз. Но аэсту она в такой глуши не сумела добыть. Пришлось довольствоваться тем, что было под руками.

- Разве некрасиво получилось? – спросила она под напряжённым взглядом Эрунну.

Он улыбнулся.

- Нет, Леа. Это очень красиво. Только ярко, но как раз к этому можно и привыкнуть.

Эрунну отложил в сторону свои рисунки, взял в руки рубаху.

- Леа, почему ты решила это сделать для меня?

- Я опять нарушила какое-то из ваших правил? – рассмеялась Эльэрвис. – У вас их слишком много, тебе так никогда не казалось?

- Может быть. Но это всё же слишком, - он задумался, - слишком близко.

Она присела рядом с ним. К этому времени она уже понемногу начинала разбираться в причудах смертных.

- У тебя на коже – наброшенная мною серебряная сеть, стягивающая воедино то, что было изувечено твоими врагами. Ты её не можешь видеть, конечно. Но – как ты думаешь – могла ли я нанести её, не разглядев в подробностях твоё тело? Не прикасаясь к нему?

Он отвёл глаза.

- Леа, меня с детских лет никто не вгонял в краску. Тебе это удаётся постоянно.

Эльэрвис рассмеялась.

- Когда ты был ребенком, я уже была такой же, как теперь. Представляешь, если бы мы встретились в те годы?

Эрунну тоже усмехнулся, но так  не посмотрел в её сторону.

- Не устаю благодарить Гаэра-Воина, что этого не случилось. Я бы этого не пережил.

- Почему? Мне казалось, тебе интересно со мной разговаривать и тебе нравятся мои песни.

Он резко обернулся вдруг и внимательно посмотрел ей в глаза. 

- Ты бы лишила меня стольких безумств и ошибок юности.

Она по-прежнему ничего не понимала, а он даже не попытался объяснить. Только улыбался.

- Спой мне ту песню, - попросил он.

Лютню Эльэрвис себе тоже оставила, маленькую, походную – как же обойтись хоть день без неё? Эрунну нравилось её слушать, он даже почти всё понимал, когда она пела на своём языке.