Ты нас вспомнишь

Отец поверил – Магдалена действительно никогда не отличалась аккуратностью, зато имела склонность к рисковым авантюрам. Моя мать умерла своей смертью. А вот матери Олега не повезло. Отцу тоже. Он был слеп и безгранично влюблен в копию своей первой жены – как любящий и страдающий от потери отец почти все ей прощал, на многое закрывал глаза. Как я подозреваю, Ангелика и его пыталась приворожить, но не смогла перебить родительскую любовь, лишь усилила ее многократно. Тоже неплохо.

Вадим рассуждал обо всем сухо, словно бухгалтер, оперирующий столбиками цифр, и Лине от этого становилось еще более страшно.

В голове не укладывалось, как можно так поступить не просто с родными, с теми, кто родил тебя, любил и растил, отдав их на заклание собственным амбициям.

– Но в конце концов и он начал что-то подозревать. Возможно, когда Ангелика начала потихоньку привязывать Олега, пришлось забрать часть силы, связанной с нашим отцом. Не знаю, – Вадим покачал головой. – Но факт остается фактом – Ангелика избавилась от тех, кто ей мешал.

И опять все поверили в несчастный случай. Случись все на сто лет позже – и неизвестно, как обернулось бы дело. Но тогда в России даже своего Консьеля не существовало.

– Чего не существовало? – встрепенулась Лина.

– Органа управления и правопорядка, – спокойно пояснил Вадим. – При подозрениях в неправомерности использования силы, убийстве или чем-то подобном, всегда можно обратиться за расследованием.

Пока Лина, задумчиво уставившись на мужчину, переваривала очередную новость, тот продолжил.

– А потом я познакомился с Антуанеттой…

Рассказ о встрече и всех последующих событиях был не слишком скуп на детали плана, однако, несмотря на то, что Вадим старательно избегал любых подробностей, связанных с его личными отношениями с Туанон, Лина чувствовала себя весьма странно. Мысленно уговаривала, что все описываемое мало того, что дело прошлого, так она еще и не имеет ни малейшего права на подобные чувства. Но все равно ярко желалось, чтобы ничего подобного в жизни Вадима не происходило.

К Ангелике она не ревновала, а вот… Споткнувшись на мысли о ревности, девушка поспешила затолкать ее куда подальше и продолжила внимать всем хитросплетениям выстроенной для сестры ловушки.

– Вадим! Это же бесчестно! – не выдержал Олег, и Лина с удивлением отметила, что тот, оказывается, тоже в курсе далеко не всех дел брата.

– Ты же сам хотел от нее избавиться.

– Все равно! – продолжил возмущаться Олег. – Нельзя так с женщиной.