Ты нас вспомнишь

Признайся хотя бы себе: наверняка тебе потом, после оргий с ними, становилось плохо, хотелось все прекратить, а стоило только увидеть – и опять разум как в тумане. Это называется «привязка». Они не нашли ничего лучше, как завязать свои силы на тебе, а теперь используют. Как… – дама нахмурилась, вспоминая слово, – как переходник. Коннектор. Зачем тебе это?

Сдерживающая себя в течение всей пламенной речи Лина закашлялась, не силах больше сдерживаться. Она не знала, то ли рассмеяться, то ли разрыдаться от облегчения в ответ на столь интересные подробности своей жизни.

Ясно одно: Ангелика совершенно ничего не знала о ее жизни. То есть ничегошеньки. Значит, ни Вадим, ни Олег ничего не рассказывали, а ведьма не умеет читать мысли.

– Бедняжка, – полная притворного, сладкого и приторного сочувствия, Ангелика подплыла к Лине и, сложив руки на животе, поинтересовалась: – Начнем ритуал?

«Слава богу, что не попыталась обнять или по голове погладить – это было бы слишком», – мелькнула мысль в голове девушки, прежде чем она подняла взгляд и твердо ответила:

– Нет.

Ведьма отпрянула. Лицо исказилось в злобной гримасе, подходящей больше злым волшебницам из сказки, какой-нибудь Бастинде или Гингеме, чем прекрасному видению из прошлого.

– Нет? А ты не боишься стать такой же, как я? Я ведь я превратилась в такую не без их помощи.

Зная из первых уст всю историю «сестринской» любви Ангелики к братьям, Лина с трудом удержалась от того, чтобы крайне неприлично вылупиться на «бедную» ведьму, которую злые братья заставили быть «такой».

Это ж какой самовлюбленной стервой нужно быть, чтобы посметь братьев обвинять в своем состоянии!

– С чего бы я превращусь в такую же? – насмешливо поинтересовалась девушка. Страх никуда не пропал, но значительно нивелировался поведением материализовавшейся из ужасов Ангелики. В кошмарах она выглядела намного страшнее и даже как-то солиднее.

– Все же ты моя кузина, – вновь заулыбалась женщина. – От крови никуда не денешься. И от дорожки, куда она ведет.

– Кузина? – глупо переспросила Лина.

Она даже не могла подумать, издевательски оброненное ведьмой «кузина» несет столь прямой смысл.

– Видишь ли… – Ангелика, явно красуясь, прошла по комнате, касаясь кончиками пальцев стола, спинки дивана и кресел. У девушки даже мелькнуло идиотское сравнение – словно хозяйка, проверяющая пыль после уборки комнаты прислугой.

– Ты дальний потомок сестры моей матери. А я все думала, каким же образом ты так легко почувствовала меня.