История не одной жизни

Огненный шарик не попал в дрова, готовые для розжига печи, а остался обугленным пятном на белой стене.  

–Я в твою работу не лезу, и ты в мою не лезь. Пойду шкуру с медведя снимать. -отмахнулся Иван.  

–Милый, мне вчера пельменей с медвежатиной захотелось, тесто замесила, так что мясо помягче принеси.  

–Тебе значит, вчера медвежатины захотелось! Что за жена у меня!!! Не могло тебе зайчатинки захотеться? – Ваня подошел к жене и сразу же заметил черное свежее пятно на печной стенке.  

–Нет… Суп еще есть.

–Хозяюшка ты моя. Пойду открою, стучат. – Иван поцеловал ее в губы, и пошел к двери.  

За дверью стоял менее удачливый охотник Афанасий. Это был обросший, лохматый мужик около сорока лет, любивший травить охотничьи байки в харчевне  за кружкой пенного пива, но до противности размазня дома с женой Верой. Байки ему удавались куда лучше самой охоты, наверно потому что его пьяный храп распугивал своим диким рыком всех лесных зверей и птиц.

–Ванюх, ну ты даешь! Что теперь с медведем то делать будешь? – изумился бывалый охотник.  

–Зажарю и съем. – отмахнулся Иван.  

–Тогда отрежь еще один кусок на жарку. – крикнула из глубины дома Марья.  

Иван как-то странно покосился в сторону голоса, но не стал ничего отвечать и спросил гостя:  

–Ты чего пришел то?  

–Да вот, дело к жене твоей есть.  

–Это без меня.

–Иду, иду. А это ты Афанасий. Что случилось?  

–Я по делу. Многим отплатить не смогу, но молодняк цыплят считай твой.  

–Что у тебя произошло? – затревожилась Марья.  

В его глазах не было той искры как раньше, а была ноющая боль.  

–Сын мой, Андрюшка… На него волки напали. Он очень плох.  

–Идем. Я возьму кое-что. Жди меня. – взволнованная женщина ушла в глубь избы.

Во дворе сторожил медведя Фыркун. Точнее он прыгнул на тушу и видимо выбирал кусок медвежатины для себя любимого. Кот глянул на взволнованную Марью, а про себя подумал: никуда она не денется, а вот мясо и пропасть может. Ведьма и охотник вместе отправились в  родовую избу последнего. Их дом был побольше дома Марьи.