Данница

Девушка и юноша на помосте, обнявшись, очень душевно пели про любовь. Потом появился отец девушки и заколол юношу кинжалом. А девушка выпила яд и упала бездыханная рядом с любимым. Ивка прослезилась и кинула монетку в подставленную шапку.

Захотелось есть. Ивка купила горячий медовый сытень. Знакомый хромой мальчишка сновал между зеваками с лотком. Увидев Ивку, широко улыбнулся, крикнул: «Красиво смотришься, пузатая». 

Теперь на лотке у мальчишки лежали свежие калачи. Ивка взяла два: с маком и в сахарных крошках.

Девушка и на скрипучей карусели прокатилась. На деревянной лошадке с облупившейся краской. А потом вернулась в дом бабки Почуйки – переодеться к карнавалу.

Сестры-соседки уже были там. Затягивали потуже корсеты, красили сажей ресницы, румянили клюквенным соком губы. Видно, собирались в конце снять маски.

– Я страсть как танцевать люблю! – оживленно говорила одна. – Любого до смерти затанцую.

– А ты смотри, кто богаче всех одет. Не прогадаешь, – посоветовала Ивка.

– Ну да, богаче всех купцы одеваются. А сами-то несколько лет назад в драных портках бегали. 

– А я и с купцом пойду, – заявляла другая сестра. – Он мне потом морожена купит. А может, и подарит чего на память.

– Ага. А потом в кабак потащит. Расплачиваться.

– А тут надо вовремя удрать. А еще лучше потом заставить на себе жениться.

И вообще, в жизни надо уметь рисковать.

– Больно ты умеешь.

– Я учусь.

Ивка надела праздничное платье, натянула новые полусапожки, а чепец надевать не стала. Вместо этого распустила по плечам пшеничные волосы. Если бы Ма Оница такую вольность увидела, враз бы по щекам отхлестала. Но Ма Оницы рядом не было.

Осторожно, боясь помять или испачкать, приложила к лицу маску-бабочку, завязала на затылке тесемки.

Девчонки-сестры обиженно примолкли. Их наряды ни в какое сравнение не шли с Ивкиным.

Ишь вырядилась, тяжелая. У самой пузо, а туда же, – читалось на сестриных вытянутых лицах.

Ивка только победно хмыкнула и выскользнула за дверь.

Было такое впечатление, что весь город высыпал на улицы. Некоторые были в костюмах, большинство просто нарядно одетые, в масках и полумасках. Мимо Ивки пролетела разрумянившаяся девушка в пышной юбке знатной особы, но в старых, разношенных башмаках. На весь костюм у нее явно не хватило денег.