С привкусом пещерной соли

- Очень смело, - широко улыбнулся он, но в улыбке не просматривалось торжества победителя. Странно, современные люди умеют торжествовать даже проигрываясь в пух и прах. Вечный блеф, носимый так часто, что забываешь – это просто бессмысленная маска.

- Нет, не смело. Просто не могу молчать. Во мне слишком много обычных женских желаний, я сейчас, кстати, не про физическую сторону, и все они хотят получить тебя.

- Ясно, - он поцеловал ее в кончик носа. – Последнее время мы такие одинаковые, что я могу ответить тем же самым.

- Меня никогда не любили.

- А меня любили всегда.

- По тебе не скажешь.

- Откуда тебе знать? И не отвлекайся! Знаешь, поговаривают, что если очень долго целоваться в полной темноте, начинаешь путаться и забываешь, где чьи губы. Что интуитивная женщина плюс логический мужчина могу соединиться в удивительную конструкцию, обладающую уникальной способностью проникать в тела тонкой материи.

- Фу!! – морщила она нос. – Только не говори, что проповедуешь тантрический секс.

- Ну что ты… до этого нам еще далеко. Секса не будет, только прикосновения… до тех пор, пока тебе начинает казаться, что ты больше, чем человек. Начинаешь понимать, что тело – плоть, которой может быть разное качество и количество, а твоя сущностей не привязана, просто не может быть привязана долго к чему-то столь громоздкому и недолговечному, так как существует сама по себе.

- Ты еще не устал от всех этих заумных и занудных размышлений? – очень серьезно хлопая глазами и с трудом сдерживая улыбку, интересовалась Наташка.

Он тут же надулся и сварливо ответил:

- Просто выключим свет и попробуем.

И его губы в полной темноте, и его руки заставляли верить, что ее действительно любят. По крайней мере раньше никто не обращался с ней так нежно и одновременно требовательно. Стремительные романы, ни к чему не ведущие встречи.

Я свободен – гордо заявляешь себе и окружающим, а на деле признаешься – я одинок.

Я бесполезен.

И снова был вечер.

Наташка вернулась из душа, который у Гонзы, как у постоянного жителя Ракушки, был персональным, растянулась на кровати, уткнувшись носом в подушку, имеющую его запах и с облегчением вздохнула.