Последняя тень

- Дай руку, - сказала я и кудахтающий дедуган придержал меня под локоть, пока я ставила ноги на пол. Тело казалось совершенно чужим, и по ощущениям, и по виду. – Сколько я валялась в отключке?

- Лорд Кирион сказал, что на все вопросы он ответит сам, - я заметила, что на шее старика болтается серебристая пластина, где в одну звезду вплетена другая. Помощник аббата, стало быть. Надо же! Выходит, келья, где я валялась, принадлежит не ему.

Ноги своей худобой весьма напоминали две палки и руки выглядели ничуть не лучше.

Появилось желание посмотреть на себя в зеркало. Желание мешалось со страхом увидеть в отражении нечто жуткое. Волосы, в которых мелькали серебристые пряди, не были такими уж длинными, но концы кто-то грубо и неумело подстригал не так уж давно.

- Отойди, - я отпихнула монаха и сделала попытку идти самостоятельно. Пол качнулся, но удержался под ногами. – Где мои вещи?

- Ты не выглядишь особо благодарной, - похихикивая старик подошёл к шкафу и принялся доставать оттуда пыльную одежду.

При этом монах непрерывно чихал, всякий раз вознося благодарность Отдавшему.

- Сам знаешь, как мы к вам относимся, - буркнула я и приняла охапку вещей, едва не обронив всё на грязный пол. Потом разложила одежду на койке, единственным бельём которой оказался драный половичок и плоская жёсткая подушка. – Да и за что мне тебя благодарить? За этот свинарник?

Вещи были чистыми, но такими пыльными, словно пролежали в шкафу не меньше года. Год? Да быть того не может! Я сбросила на пол серое рубище и монах тотчас отвернулся к стене, осеняя себя шестиконечием.

Ага, а будь тут кто-то поаппетитнее, нашёл бы способ сказать напутственное слово не отворачиваясь. Ненавижу серых лицемеров!

- Кто готовил эликсир? – с бельём я решила повременить, ограничившись длинной рубашкой, штанами и сапогами на шнуровке. Сверху набросила плащ-накидку с капюшоном. Всё – чёрного цвета, как и полагается.

- Ты же не думаешь, что это был я? – монах повернулся и я увидела на его тощей физиономии сардоническую ухмылку, делающую старика похожим на ехидного козла.

- Во-первых, едва ли помощник аббата, - он прищурился, а потом коснулся знака на груди и понимающе кивнул, - стал бы отягощать свою драгоценную душу столь мерзким грехом. А во-вторых, старик, ты явно никогда не сталкивался с зельеварами: от них смердит, почище чем от доброй свиньи. А ты воняешь только лицемерием да фальшивой святостью.

- Давненько я не сталкивался с такими, как ты, - он покачал головой.