Последняя тень

Сержант, кажется я слышала, как Грард звал его Чегом, делал вид, будто командует своими солдатами и приказывал им готовить повозку к отправлению. Солдаты делали вид, будто усердно исполняют приказ. Всё было уже давным-давно готово. Ждали, пока проснётся королева.

Внутри меня не осталось ровным счётом ничего. Все усилия, всё, ради чего я лезла из кожи вон, всё это делалось, чтобы спасти Кира. И всё это кончилось вот так. Почему любимый, чёрт его дери, решил пожертвовать собой? Ведь должен же был существовать другой способ.

Тот, где он остался бы жив! Пусть и со своей Най…

Вот, кстати и она. Проснулась.

Королева медленно вышла во двор и долго стояла, поворачивая голову из стороны в сторону. Руки женщина держала у самого живота, точно защищала не родившегося ребёнка. Потом подошла к повозке. Сержант и солдаты склонили головы, но никто не проронил ни звука.

- Принесите её вещи, - голос казался шелестом воды, которая просачивается сквозь камни, - и будем отправляться. Давно пора.

- А если мы попытаемся их догнать? – голос королевы звенел, на грани срыва.

– Не думаю, будто они помчались изо всех сил.

- Тогда всё это – насмарку, - просипела я. – Все смерти и все потраченные усилия. Нарх точно знает, куда мы идём и наверняка уже выслал Наездников.

- Я, - начала Найдмир и в этот раз её голос-таки сорвался. Она всхлипнула и непроизвольно прижала руку к животу.

- Садись, - тихо сказала я. Чег и его ребята уже бросили дорожные мешки в повозку и пыхтели, в ожидании приказа. Смотрели на меня. – Едем.

Больше никто не спорил и не пытался обсуждать очевидное.

Мы с королевой вообще не разговаривали. У меня не оставалось на это сил, а Найдмир сидела, глубоко погрузившись в свои мысли. Болтали только сержант да солдаты, сидевшие впереди. Но в речах спутников я не ощущала особой жизни. Парни даже не пытались радоваться тому, что им пришлось бросить своих. Пусть и в такой жопе.

След Контрабандиста петлял между длинных пологих холмов, напоминающих огромные застывшие волны. Наверное, когда-то водные валы утомились и уснули, а потом ветер занёс их землёй.

Теперь вокруг шелестели листвой деревья, помахивали колючими ветвями уродливые кусты и журчали невидимые в траве ручьи.

Когда солнце почти достигло зенита, я ощутила, что происходит нечто непонятное. Воздух сгустился и потемнел, точно приближалась ночь. Потом похолодало и вдруг в ушах хлопнуло так, что зазвенело в голове. В глазах зарябило, но сквозь помехи я сумела различить три быстрые тени мелькнувшие за облаками.