Телохранитель для медички

Телохранитель выбрал приличный, но тихий постоялый двор, спрятанный в окружении обычных жилых домов. Место было «для своих», но Заардан о нем знал.

Они вселились в номер, который назывался «полтора» — устроенный специально для гостей с телохранителями. Понятно, что терять из виду подопечного охране нельзя, но и ситуации бывают разные. Поэтому в комнате у стены стояло несколько ширм разной высоты, а «хозяйская» постель была утоплена в стену так, что лечь в нее можно было только ползком. Из-под монументальной кровати выдвигалась кушетка, которая как раз и перекрывала короткую сторону огромной постели, замыкая круг безопасности.

В окнах стоял переплет-решетка с набором небольших граненых стекол — свет есть, а увидеть, кто и что делает в комнате, невозможно. Купальня примыкала к номеру, вода подавалась по трубам, слив закрывала прочная решетка, а двери, ведущие в номер и в купальню, были такой толщины и качества, что их не пробивал в упор арбалетный болт!

В общем, постоялый двор был особенный, как и номер.

Едва они вошли, как Маша стянула берет и устало села на банкетку у двери:

— Все! Больше не могу, — призналась она.

Заардан молча опустился на колени, снял с девушки пропыленные сапоги, дорожный пыльник, куртку, потом отлучился на пару минут, а когда вернулся, взял обессилевшую девушку на руки и унес в купальню. Там уже весело булькала вода, набираясь в большую медную чашу:

— Отдыхайте, госпожа, я добавил в воду расслабляющие травы.

— Расслабляющие? Не бодрящие? — уточнила Мария.

— Вам нужно выспаться, отдохнуть и поесть, — сказал дроу. — Ворота лекаря будут доступны три дня. Нам некуда спешить.

Девушка оглянулась, надеясь, что мужчина выйдет, но телохранитель не собирался уходить — просто раскрыл ширму, через декоративную решетку которой мог спокойно видеть голову подопечной:

— Приятного отдыха, госпожа Мария, — сказал он, и девушка, смирившись, отвернулась, скинула одежду и белье, а потом со стоном наслаждения опустилась в ванну.

Травы, добавленные в воду, успокаивали, расслабляли, но не усыпляли, и потихонечку мысли Маши вернулись к сложившейся ситуации.

Учеба в Академии Целителей. Пять лет. За это время Эдан либо найдется, либо будет признан пропавшим без вести.

Об этом с ней тоже говорил старший лэр Ларинен. Если Эдан вернется, она так и будет считаться его невестой, и после окончания учебы им нужно будет решать, как жить дальше. Тащить приятеля юности в ненужный им обоим брак Маша не собиралась.