Телохранитель для медички

Да, Машу тоже спрятали под иллюзией, но эльфы в этой магии были так хороши, что она боялась на себя смотреть — руки и ноги казались чужими, а голос слегка ломался, словно в пубертате.

До «ворот целителя» они с Заарданом добирались три недели.

Сначала тайно покинули дом семьи Ларинен. Это было непросто — с чердака перебраться на толстую ветку мэллорна, потом довольно долго нестись за дроу, цепляясь за протянутые среди белоснежных ветвей веревки.

На землю они спустились возле узенькой тропинки, вьющейся среди обычных елей и берез.

— Полдня по Лесному тракту, — сказал Заардан, забрасывая Машу в седло невысокой лошадки, — на выезде на Каменный тракт нас будет ждать карета.

Эти полдня, точнее, полночи, ей потом долго снились в кошмарных снах. Тело ныло, хотелось спать, есть и в туалет, но следовало спешить, чтобы до рассвета добраться до кареты.

У них получилось. Возле кареты Заардан отвел подопечную к родничку — умыться, попить, сменить одежду на более качественную и богатую. Потом усадил в карету и вручил измученной девушке корзинку:

— Ешьте и спите, леди.

Маша, освеженная умыванием и все равно отчаянно зевающая, первым делом приложилась к фляге с крепким травяным чаем, потом кое-как прожевала пару пирожков и наконец позволила себе уснуть, не заметив, что телохранитель разложил в карете сиденье и уложил ее голову себе на колени.

Проснулась девушка часа через три от того, что карета остановилась.

— Леди Мария, — невозмутимый и собранный Заардан уже стоял на земле, — помните, что вы Мар, полукровка, едете в Академию.

Девушка сонно кивнула, не совсем понимая, о чем речь.

— Сейчас зайдем в трактир. Вам придется воспользоваться мужской уборной и есть за столом, стараясь вести себя, как мальчик.

— Хорошо! — Маша кивнула, включаясь в ситуацию. Встала с кушетки, собрала растрепанные волосы в хвост платком, натянула шляпу, поправила сапоги, жилет, куртку и выпрыгнула из кареты, как мальчишка-сорванец.

Личина была на месте. Заардан в облике степенного «дядьки» показал ей мужскую уборную, проводил и покараулил у дверей, потом завел в обеденный зал.

Тут было тепло, даже душно. Пол устилала солома, за столами сидели кучера, пассажиры, какие-то дамы. Выбрав столик в углу, дроу солидным тоном приказал трактирщику подать «похлебку погорячее для молодого господина», потом заказал пироги, сбитень, отварную говядину и соленья. В общем, все, что заказали бы обычные путники из простых, но состоятельных.

Заардан ел мало.