Свет Илай

— На Королевскую башню никто не может подняться. Там просто нет двери.

— А мой отец говорил, что Королевская башня — это тоже Велис, — снова добавил Эдрин, — только не обычный, а Королевский. И этот Велис отвечает за Королевскую Власть.

— Подожди, подожди, Яр! Ой, извини, конечно же — Старик. Это что же получается — Принцесса становится Королевой, когда ее мать еще жива? -задала я вопрос Старику.

— Да, и помогает править своей дочери. У вас не так?

— У нас? У нас по-разному. Если страной правит президент, то его выбирают на 4-5 лет, а потом выбирают другого президента.

— Вот видишь, — ухватился Яр за соломинку, — а тот, который был, помогает тому, которого выбрали.

— Если бы, — усмехнулась я. — Правда многие президенты правят несколько сроков, то есть их выбирают снова и снова.

И, не дав Яру сказать ни слова, сразу продолжила.

— А если страной правит король … — и быстренько добавила, увидев насупившегося Яра, — …или королева, то их наследник будет ждать своей очереди, пока существующий монарх не отбросит копыта… то есть не умрет.

Наверное, это правильно…

— Значит, ты считаешь, что впавший в маразм старик будет лучше править страной, чем молодая энергичная женщина, которая имеет поддержку в лице своего мужа и помощь опытной матери? — вдруг спросил Яр.

— Я — нет, — стушевалась я, — а причем тут старик?

— Это он про Кантарион, — усмехнулся Эдрин. — Тамошнему королю уже больше ста лет. А последние лет тридцать у него еще и старческое слабоумие, как говорят в народе -маразм.

Народ из страны бежит. Конечно, о каком мудром правлении может идти речь, если сегодня король объявляет войну соседям, и мобилизует все население от младенцев до стариков, а завтра, как ни в чем не бывало, зовет соседей на праздник. Сегодня отменяет почти все налоги, а через несколько дней повышает их же в десять раз.

И, вновь усмехнувшись, добавил.

— Раз двадцать он писал письма нашей Королеве, с требованием женить нашу юную принцессу на его старшем сыне. А тот скончался уже лет восемьдесят тому назад.

— И что, нет никакого наследничка, который помог бы старичку успокоиться?

— Нет, — улыбнувшись, хором ответили ребята.

А я, вспомнив кукольное представление, снова спросила, обращаясь к Яру.

— А сейчас на Королевской башне два флага?

— Да. Королевы и юной принцессы.

— А куда подевалась мать юной принцессы. Я понимаю так, что королева это сейчас ее бабушка?

— Это ты правильно понимаешь, — ухмыльнулся Старик.