Хозяйки таинственного дома Коуэлов

— Угу, — пробормотала Алина, морща носик от невообразимой вони, идущей от кучи у стены, — мам, там труп чей-то, что ли?

— Не знаю, — произнесла, храбро отопнув свалку чего-то непонятного, испуганно заорала, — аааа!

— Ааа! — вторила мне дочь, отпрыгивая к выходу на добрых полметра.

— Да что б вас! — громко выругалась, прижимая к себе дочь, наблюдала, как из бывшего когда-то кресла, с писком вылетают летучие мыши.

Глава 9

— Мыши! — звонко выкрикнула словно ругательство Алинка, сердито оглядев расползающуюся ткань, явно принадлежавшую некогда не только обивке кресла, но и ещё чему-то, брезгливо проговорила, — какая пакость.

— Да, дел они нам тут подкинули порядком, — пробормотала, покосившись на горку остатков жизнедеятельности мышей, с трудом уняв бешеное сердцебиение, опасливо огляделась, — даже не знаю, за что браться в первую очередь.

— Выкинуть воняющее нечто на улицу?

— Полдома придётся выкинуть, — усмехнулась, переступая через кучку палой травы, ногой сколупнув кусок чего-то неизвестного, с удивлением смотрела на яркий мозаичный пол, — глянь, что под этим всем скрывается.

— Красивая, интересно, целое?

— Кто ж его знает, пока не разгребём эту помойку, не проверим, — хмыкнула, окинув хозяйским взглядом небольшой холл. Деревянные панели, когда-то окрашенные, наверное, в оливковый цвет, местами облезли, местами были покрыты серо-зелёной плесенью. Обои непонятного цвета клочками свисали со стен. Горы мусора, остатки мебели, и всё это припорошено вековой пылью.

Лестница, ведущая на второй этаж, тоже не внушала доверия, под толстым слоем почему-то чёрной грязи с трудом просматривались ступени, а часть перил у её начала была расколота.

— Там, наверное, кухня, — пробормотала Алинка, вытянув шею, заглядывая в соседнее помещение, не решаясь пройти под лохмами паутины, висящими на дверном проёме.

— Похоже на то, — согласилась, увидев со своего места раковину, полную серой жижи, небольшой стол с подточенными жуком ножками, отчего тот завалился набок и удерживался от падения только лишь благодаря раскрытым дверкам.

Возле него россыпью лежали осколки посуды, прикрытые опять же пылью и палой листвой, парочка, судя по всему, целых тарелок, там же валялись железные кастрюли.

— Пойдём? — спросила дочь, сделав короткий шажок в сторону кухни, прежде пнув ногой небольшой холмик из веток. С явным облегчением выдохнув, когда из-под него никто не вылетел, не выполз и не выбежал.