Хозяйки таинственного дома Коуэлов

— Ясно, — кивнула, так и не рискнув предложить ребёнку попробовать пройти вместе с нами, опасаясь непонятно чего, продолжила, — ты как придёшь, крикни.

— Я свистну, — возразил Глэн, тут же продемонстрировав нам звонкий, с незатейливой мелодией, свист.

— Пусть так, — улыбнулась, подхватив корзинку, вдохнув полной грудью, набираясь смелости, медленно прошла через калитку, тут же опасливо зажмурилась, услышав жуткий, протяжный стон, — Алина, ты это слышала?

— Что? — с недоумением переспросила дочь, весело вышагивая по щербатым камням, бывшим когда-то дорожкой.

— Скулит кто-то… — пробормотала, настороженно оглядываясь, до здания было как минимум шагов сто, а стонали совсем рядом с воротами.

— Нет, птицы поют, слышу, и Багги мурлычет.

— Господи, я схожу с ума, — простонала точь-в-точь как совсем недавно стонал кто-то неизвестный, вновь продолжила путь к кошмарному дому. Время от времени испуганно вжимая голову в плечи, от шороха листьев, от писка в траве или слишком громкого крика дурной птицы.

— Мама, здесь нет дверей и окна разбиты, как мы будем спать?

— Ещё не знаю, Алин, надо посмотреть, что там внутри, а там решим, — задумчиво проговорила, втянув в себя сладкий медвяный запах красных цветов, что росли вдоль всей заросшей высокой травой дорожки. Радуясь, что безотчётный страх, наконец, отпустил, сердце перестало бешено колотиться, а озноб, что набросился на меня, стоило только переступить невидимую черту, исчез.

— Ступени словно грыз кто-то, — произнесла Алинка, перешагивая через одну, поднимаясь по лестнице, ведущей к дому.

— Алин, ты, может, здесь останешься, а я одна гляну, что там. В доме давно никто не жил, и там наверняка очень опасно. Балка на голову свалится или пола вообще нет.

— Ага, одной, конечно, лучше, а кто тебя будет вытаскивать? Нет уж, давай вместе, — проговорила дочь, добавив железный аргумент, от которого я не смогла отмахнуться, — одной в незнакомом месте на лестнице у этого странного дома остаться не менее опасно.

— Ладно, идём, только смотри внимательно под ноги и над головой тоже, — ответила, оставляя корзинку, чемодан и рюкзак у стены, быстро догнала Алинку, взяв ребёнка за руку, решительно переступила порог.

— Фу…

— Гадство, — согласилась с дочерью, беглым взглядом окинув сырое, заплесневелое, с ободранными стенами, помещение, — жуть, но не спать же нам под открытым небом.