Говорящие куклы

И Шен-Ри сильно испугался, но совсем не удивился, когда однажды вечером Лисенок влетел в его комнату с рыданиями и упал ничком на свое излюбленное место – кровать Зара. Плечи мальчишки сотрясались, лицо было залито слезами, и сказать ничего внятного он не мог, только выл громко и, похоже, ничуть не играл…

Шен сразу же метнулся к другу. Схватил его за плечи, оторвал от покрывала и развернул к себе лицом.

– Что?! Что случилось, Хекки?!

Вместо ответа тот еще пуще зашелся слезами, а потом неловко стянул домашние чулки сначала с одной ноги, а потом с другой.

Обе щиколотки лисенка были охвачены широкими ярко-алыми браслетами из витых узоров, выбитых на коже. Они еще сочились кровью.

– Великая луна! – выдохнул Шен-Ри. – Что ЭТО?

Хекки всхлипнул еще раз и выдавил из себя еле слышный ответ:

– «Оковы слуги»…

Про жестокое это и коварное наказание слышали в театре многие, но Шену еще не доводилось видеть Оковы своими глазами. Все, что он знал о них, было лишь слухами, еле слышно проползавшими по каменным коридорам храмового комплекса.

И шептали там разное, толком никому не понятное, но всегда страшное.

Пока Шен-Ри потрясенно таращился на красные узоры, дверь с шорохом отъехала в сторону и на пороге возник уставший, но веселый Зар.

– Земные боги! – воскликнул он, мгновенно теряя улыбку и всякое добродушие. – Что тут случилось?! – В следующий миг его взгляд упал на обнаженные ноги Хеки, и Зар скривился, как от боли. – Допрыгался…

Он как будто сразу все понял. И Шену показалось, что Зар знает о красных узорах гораздо больше, чем все остальные.

– Рассказывай, – жестко велел Белый Змей, глядя на зареванного Хекки. Тот попытался отвести глаза, но во взгляде Зара было нечто такое, что давно переставший слушаться старших Лисенок смешался и кивнул. Утирая слезы и сопли с побледневшего лица, он поведал свою историю.

Все было просто. До безобразия просто и предсказуемо.

Накануне глупый и уже совсем зарвавшийся Хекки дал окончательный отвод какому-то из своих «поклонников». А тот – ранимая душа! – оказался юношей злопамятным, мелочным и мстительным.

Он не поленился пойти в храм и излить свою печаль аж самому Главному служителю. И по закону зла именно в этот день Хекки не просто удрал в город, а еще и пропустил репетицию. Не самую важную, но все же… Весь вечер он наслаждался обществом своих мирских друзей, пил вкусное молодое вино и веселился в каком-то злачном притоне Тары. А когда вернулся домой, пьяненький и беспечный, у Северных ворот его уже ждали.