Утонувший в кладезе

Утонувший в кладезе

Николай Михайлович Романецкий

У мертвых кудесников длинные руки #2

Чародей Свет Сморода, теперь уже кадровый сотрудник новогородских спецслужб, направлен в портовый город Ключград с заданием расследовать весьма необычное убийство одного из своих соратников. Есть версия, что к убийству приложил руку варяжский лазутчик. Свет вынужден остаться один на один с гипотетическим противником, поскольку возникает подозрение, что в Ключграде действует необычайно сильный колдун, само существование которого противоречит всему тому, чему Света и его коллег учили в школе волшебников.

Впридачу вокруг Света начинают плести интриги отечественные маги, которым Сморода перешел дорогу в смысле карьерного роста…

Ник. Романецкий

Утонувший в кладезе

Утонувший в кладезе на печи не погреется.

    Словенская поговорка

Часть первая.

Смелость чародея

1. Накануне. Клюй Колотка.

– Ступайте с миром, муж-волшебник! – Сувор Нарышка протянул Клюю десницу.

 – Да пребудут с вами Сварожичи!

В последнее время, если не было дождя, оба отпускали кареты – Сувор личную, а Клюй принципатовскую – и отправлялись домой пешим порядком.

Ныне дождя не было.

– Ступайте с миром, сударь! – Клюй крепко пожал приятелеву руку.

Князь Сувор заторопился к воротам фамильного особняка, в семейный уют, под крылышко к родителям, молодой жене да младшим сестрам. В ауре его вовсю сияли голубые перуновы цвета – любой волшебник за версту мог видеть, что парень уже успел стосковаться по бабьей плоти.

Клюю Колотке спешить было не к кому. Дома его не ждали ни родители, ни молодая жена, ни братья с сестрами. Разве лишь слуги да служанки… А уж по бабьей-то плоти Клюй и вовсе ввек не тосковал.

Правда, Снежана Нарышкина, восемнадцатилетняя сестрица Сувора, заглядывалась на братова соратника-приятеля, когда тот приезжал в дом Нарышек, но то проявлялся естественный бабий инстинкт: Снежану брала в оборот Додола.

А в общем-то, девица была образованной – и потому прекрасно ведала, что в личных отношениях с волшебником ей ничего не светит. Хоть ежа проглотите, Снежаной Колоткиной вы станете токмо в собственных снах. Скорее рак на горе свистнет!..

Клюй вздохнул. Сожаления в этом вздохе не было и на каплю – большую часть из прожитых тридцати лет Клюя готовили к полному отсутствию женщин в его судьбе.