Закатная звезда Мирквуда

Но сперва позволит себе отдых, который начнётся с расслабления в тёплой воде купальни, растворив в ней треть флакона вязкого фиолетового зелья, пахнущего сиренью и крыжовником.

Когда на грани сознания тихий осторожный стук сменился куда более громким и настойчивым, эллет открыла глаза и сразу же досадливо поморщилась, осознав, что заснула в воде. Спешно поднявшись из купальни, она не стала тратить время на то, чтобы одеться и на ходу завернулась в большое мягкое полотенце. Заставлять ждать того, кто самозабвенно тарабанил в её дверь едва ли не ногами, было бы слишком жестоко.

Хотя, этому неизвестному стоило быть сдержаннее.

Босыми ступнями шлёпая по ледяному полу она подошла к двери, оставив после себя дорожку мокрых следов. Первым желанием было распахнуть дверь и посмотреть на разбудившего её, но благоразумие взяло верх.

— Кто там? — спокойно, но от этого не менее громко прозвучал вопрос.

— Леди Андунээль, меня послал Владыка, дабы сообщить, что ужин состоится через полчаса, — уважительно произнёс королевский слуга, мастерски скрывая раздражение, которое целительница интуитивно уловила, вслушиваясь глубже, чем стоило.

Впрочем, эллон и без того в следующую минуту выдал себя отзвуком снисходительного довольства, добавляя: — но так как я потратил почти четверть часа на то, чтобы достучаться, у вас осталось мало времени.

— Благодарю, — скупо отозвалась она.

— Мне направить к вам Ундамэйлу?

От притворной заботливости скрипело на зубах, но Андунээль осталась безупречно спокойна, произнося:

— Спасибо, но нет.

Я справлюсь сама.

— Как пожелаете, Леди.

Звук удаляющихся шагов казался самой желанной музыкой. Прислонившись затылком к дверям, Андунээль вслушивалась в них и вместе с тем спешно размышляла, что надеть и как привести себя в порядок за оставшиеся крохи времени, которого всегда, казалось, будет достаточно.

Опоздание было предсказуемо и неизбежно. Этим она утешала себя, подходя к высоким резным дверям в залу, в которой её уже ждали. Нервное напряжение достигло предела, когда стражники кивнули и потянулись к массивным ручкам.

Чтобы унять невольную дрожь у неё было всего несколько секунд, за которые она сделала глубокий вдох, затем выдох, поправила сиреневый палантин на плечах и неспешно провела ладонями по серо-голубой ткани платья, расшитого серебряной нитью и инкрустированного вдоль выреза на груди аметистами.

Переступая порог, она почувствовала прикованные к себе взгляды мужчин так, словно они были физически ощутимы.