Вихри судьбы

Отслеживая ситуацию, я готовилась применить формулу Тревера, которая способна была одной гигантской воздушной волной развеять все плетения на расстоянии около двадцати метров вокруг, но она была одноразовой. После ее применения мне потребуется несколько минут на новое подключение, и в это время я буду совершенно беззащитна. Но и Маркес окажется в таком же положении.

Заклинание Тревера было энергозатратным и трудоемким. Я боялась, что не успею, но мне удалось завязать последний узелок и отпустить его до того, как вихри сомкнулись вокруг меня в непроницаемую стену.

Опустошение, несмотря на подпитку от печати. Дикая слабость и огромное желание упасть на колени, чтобы перевести дыхание. Кажется, я залезла в неприкосновенный резерв. Ничем другим такое состояние объяснить было нельзя. Заставив себя не обращать на это внимания, потянулась к печати, пока выдалась передышка, судорожно схватила несколько нитей, чтобы подпитаться, но не успела. Порыв ветра поднял меня с пола, вздернул в воздух и обездвижил.

В полнейшем изумлении я наблюдала, как Маркес приближается с довольной ухмылкой. Не знаю как, но силы его не покинули. Он был бодр и свеж, а я проиграла.

– Реванш, детка, – хмыкнул он, подходя вплотную.

Вися в воздухе и не в состоянии пошевелиться, я в бессильной ярости наблюдала, как парень приблизился, протянул руку и отвел растрепавшиеся волосы с лица.

– Я говорил, что сильнее. Надо было послушать, – заметил он, прищурившись.

– Мне это не надо, – выдохнула я. – Не знаю, как ты победил, но явно сжульничал.

– Не знаю, о чем ты. Есть победа, я – сильнейший. А ты дважды подумай, прежде чем переходить мне дорогу вновь.

– Требую спарринга защиты чести, – спокойно сказала я, перестав пытаться остановиться.

– Обойдешься, – Эмир вновь окинул меня взглядом. – Это поединок для мужчин, а ты – девчонка.

Маркес замолчал, а затем ухватил меня за подбородок и поцеловал. Задохнувшись от возмущения, я не нашла ничего лучше, как отвернуться, а потом плюнуть в ухмыляющуюся физиономию.

– Не стоило, – процедил он, утираясь.

– Закончили, – послышался рык магистра, и я увидела, как исчезает защитный купол, а преподаватель приближается.

Маркес развеял заклинание, и я упала на каменные плиты. Было больно, но самолюбие пострадало сильнее.