Дитя Севера

И не менее сочувственные слова, когда она жалела Ари и обволакивала удушающей заботой:

— Ох, что же это за напасть, матушка лорд-маршала тоже вечно мучилась, бедняжка, от дурных снов. Бедная деточка, я согрею тебе на ночь молока, говорят, это хорошо помогает… Может быть, в другую комнату тебя переселить? Или, может, проветривать почаще? Заказать новые ночные рубашки? Может, эти неудобные? Да, давай завтра же вызову из города портних. Или тебя что-то волнует, тревожит?

Ари беззаботно отмахнулась:

— Нет, все в порядке, это, наверное, от того, что погода меняется, пройдет через пару дней, — Ари даже не соврала, она была уверена, что все пройдет.

Вымышленные кошмары точно оставят ее, когда она вырвется из этого мрачного дворца на свободу.

— Ну если погода, — экономка с сомнением покачала головой.

— А что еще? Вот, крестьяне говорят, что вот-вот зарядит ливень на несколько дней, все время вдали гром слышно, — Ари поежилась, притворяясь испуганной.

Нет, ей точно не следовало выдумывать такую причину для страшных снов — те же крестьянки сказали бы, что она накаркала. Когда в тот же день с неба хлынули потоки воды, Ари сначала всего лишь расстроилась, до слез: сквозь белесую стену дождя она никак не могла добраться до Рэндальфа и поговорить с ним. Она очень скучала по его веселым шуткам и ласковым взглядам, по звуку его голоса, в конце концов.

Ари всхлипнула в подушку, жалуясь грохоту дождя на несправедливость судьбы — и уснула, чтобы через час проснуться, крича от ужаса.

Там, во сне, она вновь прыгала с обрыва, спасаясь от насмешливо смотрящего на нее пирата. С неба упали первые капли дождя, как будто больно ударили ее холодными плетями. Она летела навстречу колючим брызгам, внизу чернели скалы, волны рычали на разные голоса, разбиваясь о камни, а Ари бормотала какое-то заклинание.

Но ее подбросило вверх, словно она вдруг стала невесомой. Ари взмахнула крыльями, разбрасывая вокруг золотую пыльцу — и только потом удивилась. Да, она стала бабочкой, легко вспорхнула вверх, убегая от страшных волн.