Сказка - ложь!

Сказка - ложь!

Алина Углицкая

День первый

Катерина

Всегда знала, что каждое доброе дело строго наказуемо, но такой уж у меня характер – не могу пройти мимо тех, кто нуждается в моей помощи. Вот и сейчас, идя по главной улице нашего городка, я увидела пожилую женщину, которая с трудом передвигалась на костылях. Ее болезненно распухшее рыхлое тело обтягивало платье кричащей расцветки, короткие, по-мужски остриженные седые волосы торчали во все стороны, а по толстому некрасивому лицу стекал пот. Отдуваясь и кряхтя, она практически волочила за собой отекшие ноги, помогая себе костылями.

В тот момент, когда мы с ней поравнялись, она как раз замерла у высокого крыльца продуктового магазина, раздумывая, как бы поудобнее на него взобраться.

– Вам помочь? – участливо спросила я, беря ее под руку.

Но женщина вдруг рванулась в сторону с невиданной для больного человека прытью. Из-под кустистых бровей меня обожгло такой ненавистью, что я невольно отшатнулась.

Мимо проходили люди. Кто-то спешил по делам, кто-то праздно прогуливался, желая насладиться последним теплом уходящего лета.

Никто из них не смотрел в нашу сторону, будто нас и не существовало.

– Добренькая какая! – ядовито процедила она, буравя меня злобным взглядом. – Тебе что, больше всех надо?

– Простите, – растерялась я от такого напора, – я ведь только хотела…

– Помочь хотела? – голос странной незнакомки стал вдруг неприятно-приторным, вкрадчивым. – И часто ты так людям помогаешь?

– Н-ну… если надо…

Я отступила на шаг, собираясь оставить эту женщину с ее костылями и идти дальше.

Оставалось десять минут до закрытия банка, а мне срочно надо было заплатить за кредит. Но незнакомка вдруг вцепилась в мою руку с такой силой, что я невольно вскрикнула.

– Любишь помогать, значит, – прошипела она, едва не брызгая слюной. – Что ж, ты мне подходишь!

Не успела я и рта раскрыть, как она толкнула меня, заставляя подняться на ступеньку выше. Я уперлась спиной в стеклянную дверь магазина и теперь думала только об одном: как отвязаться от этой сумасшедшей.

Мимо магазина проходила толпа, но ни один человек даже не глянул в нашу сторону, никто не заинтересовался, не скользнул взглядом даже случайно.

Я скосила глаза вбок, размышляя, а не зайти ли мне за хлебом, раз уж меня так прижимают к двери гастронома. За витриной расхаживал народ, абсолютно равнодушный к тому, что происходило вокруг.

– Ну! – женщина нетерпеливо ткнула меня костылем в грудь. – Заходи! А то там заждались.

Я оглянулась.