Дитя Севера

— Что, не доглядели за женой, Лингрэм? — Таннен резко обернулся, пытаясь отыскать виновницу собственного конфуза, и побагровел: он потерял свой последний козырь, однако не спешил трубить отступление. — Ах ты ж...

Замешкайся Ари хоть на миг — и этот головорез уже сжимал бы ее за горло, пытаясь выменять на Бастьена. Но недаром Тэним разработал свой план вплоть до мельчайшей детали: путь отступления для Ари — вот что являлось для него самым важным. И куча мешков с зерном оказалась здесь вовсе неспроста.

— Даже если бы Аредэйл Лингрэм и не покинула бы вас столь поспешно, — в голосе Тэнима явственно слышались столь знакомые насмешливые нотки, — вряд ли она могла бы составить партию принцессе Амалии.

— Хольм... чертов предатель! — проскрежетал граф Рюдигер. — Что, спрятал свою крысиную мордочку в норе?

Он оглядывал окруживших его людей, все еще уверенный, что Бастьен где-то поблизости. Но Ари знала: Тэним настоял, чтобы Басти и носа не смел казать из особняка.

— Что, схоронился? Как и твоя сестрица? Ну, что ж... Раз отродье князя Хольма столь трусливо, что предпочитает прятаться... ты ответишь мне за это, Лингрэм! За обоих ответишь!

Он спешился и, переваливаясь, словно медведь, двинулся к Тэниму. Тот же продолжал стоять неподвижно, лишь ладонь легла на эфес шпаги. И в тот же миг раздался звон извлекаемых из ножен клинков: раз граф Таннен решил вступить в поединок, драки было не избежать.

— Сидите тихо, леди Лингрэм, — коротко приказал Альберт.

Ари прижалась к серой пыльной ткани, наблюдая сквозь щели между небрежно сложенными мешками, как на пятачке пристани закипает бой. Когда они еще были дома, Тэним уверял ее, что не допустит смертоубийства — у Малессы не было войны с Тарном, и нападение на посланцев северного королевства в его планы не входило. Но и на абсурдное сопротивление Таннена он тоже не рассчитывал. А того, похоже, попросту захватила горячка боя.

Ари зажмурилась, стараясь как следует помолиться за мужа, но слова молитвы отчего-то не шли на ум, и она только и повторяла: "Пожалуйста, Господи, пусть он останется жив! Пожалуйста!" И нет, она не такая трусиха, чтобы закрывать глаза и падать в обморок: она будет смотреть.