Дитя Севера

И Ари оказалась одна — маленькая, беспомощная, во тьме, где неоткуда ждать помощи...

Жиль возился с тазом, лил горячую воду из кувшина, и Ари ничего не оставалось, кроме как вытянуть ноги и позволить старику стащить с нее сапоги. Седая голова так и замерла на уровне ее колена — Жиль не шевелился. "Ну же, отомри! Что ты там возишься?" — но слова словно застыли на губах. Старый слуга поднял взгляд, неверяще улыбнулся, вглядываясь в ее черты...

— Княжна?

Вот и весь маскарад. Где уж камердинеру спутать мужчину с женщиной? Она смотрела в его морщинистое родное лицо, а предательские слезы уже катились из глаз.

— Что ж вы такое удумали, княжна? Как же...

— Молчи, Жиль. Если не служишь тарнийцам, молчи.

— Тарнийцам? Ну уж нет! У меня один господин — молодой князь Хольм.

— Сегодня я буду за него, — тихо произнесла Ари.

— Так как же...

Должно быть, Жиль готов был засыпать ее вопросами, но вовремя опомнился: мало ли кто мог подслушать их разговор. Поэтому громко возгласил: — Вы пейте, пейте! Вино с пряностями завсегда помогает.

Как новенький к утру встанете! Да не обожгитесь! Фрина для вас расстаралась — ишь, как дымится!

А потом, вновь наклонившись к тазу с водой, едва слышно прошептал:

— Вы, княжна, не подумайте, что ваш Жиль — старая развалина. Жизнь за вас отдам! А братец ваш...

Старик говорил так тихо, что Ари с трудом разобрала слова.

— В безопасности, — одними губами заверила она.

Камердинер удовлетворенно кивнул — выходит, даже этот простой человек не одобрял батюшкину затею практически продать сына королю Тарна.

Жиль тем временем поднялся, подтирая с пола разлившуюся воду, погромыхал мисками и подносами, проверил, надежно ли заперты ставни и, пожелав "господину князю" добрых снов, удалился. И Ари опять осталась одна.

Перина на чужой кровати казалась неудобной, подушки слишком мягкими — да и до удобств ли ей было! Она лежала под одеялом, не смея шелохнуться: на улице поднимался ветер, предвещая непогоду. Тополя поскрипывали гибкими ветками, где-то во дворах лаял пес.

А снизу, с первого этажа, до нее доносились голоса — молодчики графа Таннена праздновали удачное завершение посольства и скорое возвращение на Север.

***

Едва рассвело, Жиль постучал в дверь — но Ари уже была готова. Слуга придирчиво оглядел ее с ног до головы, видимо, проверяя, не допустила ли княжна Хольм осечки в какой-нибудь досадной мелочи. И, кажется, остался доволен маскарадом. А снизу уже доносился зычный рык Рюдигера Таннена, сзывавшего своих людей.