Любовь на крови

Когда Оубэ вспоминал эти волосы, вспоминал, как они струились по обнаженным плечам и прикрывали восхитительную грудь, что виднелась в разорванном платье, у него сбивалось дыхание. Он думал, что сойдет с ума, если не прикоснется однажды к этим волосам, если не зароется в них лицом, рассыпав на мягкой подушке. Только эти воспоминания и томления заставляли его гнать корабль на юг. Если бы не Кайтана, он вряд ли вернулся бы в Бравиль.

– А южанки такие же красивые, как наши женщины? – все допытывался Смаури.

– Нет, не такие, – покачал головой Оубэ, продолжая грезить Кайтаной. – Совсем не такие. Северянки холодные и красота их… зимняя, что ли, – задумался парень. – Южанки другие. Они, как вулканическая лава – яркие, горячие, гордые.

– Наши женщины тоже гордые, – обиженно заявил Смаури.

Оубэ улыбнулся, но тут же похмурел, потому что заметил на себе злобный взгляд молчаливого Бьерка. Охотник стоял у борта корабля и вглядывался вдаль, все ждал, когда на горизонте появится полоска суши.

Его изрядно укачало за время путешествия. Почти всю дорогу, а плыли они, по меньшей мере, две недели, он провел в каюте. Ел мало и только лакал воду без остановки. Если и выходил, то подышать воздухом или прочистить и без того пустой желудок.

Выглядел Бьерк паршиво. Таким истощенным и старым Оубэ не видел его еще никогда, а ведь охотнику было от силы лет тридцать. Правда, его портили абсолютно белые волосы. Так поседеть, будучи молодым, мог либо жуткий трус, либо, напротив, тот, кто сумел взглянуть в глаза своему страху и схватиться с ним в битве.

Что-то подсказывало Оубэ, что Бьерк был из второй категории.

Оубэ и сам презирал трусов, но Бьерка если не побаивался, то опасался. Были на то причины. И судя по взгляду, которым охотник награждал его каждый раз, когда они сталкивались на корабле, опасения Оубэ были не беспочвенны. Два года прошло с их последней встречи, а злость охотника была все такой же лютой. Удивительно, что он не раскроил Оубэ череп, как только взошел на борт.

Видимо, был заинтересован в неприятеле, потому и терпел его присутствие.

Но вот сейчас, когда до Бравиля было почти рукой подать, Оубэ стал сомневаться, что достигнет цветущей земли. Уж очень красноречивым было выражение лица Бьерка. И без того тяжелый взгляд сейчас был просто свирепым. Пальцы охотника сжимали деревянную обшивку корабля и, кажется, готовы были раскрошить ее. Верхняя губа дергалась, обнажая кончики зубов.