Лилии на ветру

Интересно, что ее вызвало?

— Как был дураком, так дураком и останешься, — зло прорычал Георгий и, попрощавшись с Лилей и Кириллом, вернулся в клуб успокоить жену.

Давид тихо произнес что-то — и Богдан, замотав головой, прикрыл лицо руками. Кончик носа колдуна смотрел немного влево и уже начал опухать. Под глазами пролегли синие тени.

Кир отпустил Лилю и подошел к спорщикам.

— Что случилось, Давид? Герой не желает лечиться? — с ехидцей поинтересовался оборотень. — Если нужно, могу его подержать.

— Возможно, и придется, — пряча улыбку, сказал целитель.

— Давид, я дамся лишь в том случае, если меня обнимет Лиля.

Девушка удивленно приподняла брови. Кир прищурился, скрывая опасный блеск темных глаз.

— А что? Мы ведь столько пережили с ней! — оправдывался Богдан. — Мы теперь боевые товарищи. Капелька тепла и ласки — вот и все, чего я прошу.

— Ого! — вдруг пораженно воскликнул вер, всматриваясь в лицо Богдана.

— Что?! — испугался парень и опустил руки.

Легким, почти незаметным для человеческого зрения движением Кирилл потянул нос колдуна вперед и вправо. Богдан вскрикнул и прикрыл ладонью лицо. Маги побросали работу и с любопытством ожидали продолжения. Раздосадованный Мирослав, опасаясь стычки между колдуном и оборотнем, поспешил к ним.

— Теперь ты снова красавец, — одобрительно усмехнулся Кирилл и хлопнул несчастного Богдана по плечу.

— Держи, — сжалился Давид и протянул пациенту наколдованный кусок нетающего льда.

Лиля, опешившая от выходки оборотня, вздохнула и с укором спросила:

— Зачем ты с ним так? Ведь он правда защищал меня от вампиров.

— Если бы не его позерство и глупость, ничего бы не было. Вот скажи, Богдан, какого демона ты притащил девчонку в клуб, а не отвез сразу в резиденцию Мирослава?

— Я собирался, но Мир по телефону сказал, что он в «Лунной кошке», — пробурчал Богдан.

— Ты путаешься, — возразил Мирослав. Всем своим видом он выражал скуку и равнодушие, а вот пальцы, нервно теребя пуговицу с монограммой, выдавали его беспокойство.

— Ну да, конечно, — Богдан наклонил голову, — как всегда, туплю я.

Лиля невзначай проследила, как тонкие пальцы главы Совета наконец-то оторвали многострадальную пуговицу от борта пиджака и положили в карман.