Лилии на ветру

Его ласковый шепот заставлял забыть о реальности, а нежные объятия отгораживали от враждебного окружения. Лиля умиротворенно вздохнула и сморщилась.

— Что такое? — Кир обеспокоенно разомкнул кольцо рук. — Тебе плохо?

— Немного больно дышать. Пустяки, не обращай внимания.

— Мирослав, подойди, пожалуйста!

Маг откликнулся на призыв сразу.

— Взгляни. Кажется, она ранена.

Мирослав на пару секунд прикрыл веки, затем кивнул:

— У нее треснуло ребро.

Черный микроавтобус мчал по ночному городу.

Прислонившись спиной к груди Кирилла, Лиля с интересом наблюдала за работой мага-целителя.

Обращала на себя внимание внешность Давида. Только привыкнув к снежным волосам и блекло-голубой радужке — стихии Воздуха и Воды накладывали отпечаток на своих адептов, — наблюдатель замечал неординарную личность. Молчаливый, с железными нервами и ледяным самообладанием, Давид вызывал ассоциации с ланцетом.

В первую очередь он залечил внутренние повреждения, полученные Богданом во время прыжка из окна бара (да-да, даже свалившись с двухэтажной высоты, сумасшедший маг не раздумал вытаскивать Элю из притона), исцелил растяжение связок на его ноге, затем, не без помощи Мирослава, вызвавшегося стать энергетическим донором, восстановил магический баланс, который нарушили заклинания на грани выгорания. И лишь потом занялся «косметическим ремонтом» лица Богдана. Следы ногтей покойной Эли грозили остаться в виде шрамов, да и сломанный подушкой безопасности нос портил внешность колдуна.

Взгляд на нос своего недавнего защитника вызвал у Лили бурю эмоций. С трудом спрятав усмешку, она крепче стиснула ладонь Кира. Кто бы мог подумать, что оборотень окажется таким ревнивым?! Всего пару минут назад они стояли на пустой парковке возле «Лунной кошки». Кир крепко прижимал ее к груди и шептал ласковые слова вперемешку с извинениями. Почему-то он вбил себе в голову, что в случившемся виноват именно он.

Она не понимала мук совести Кира, считая, что если кого и винить, так Иниго Веласкеса с его прислужниками. И немного Богдана. Выискался на их головы рыцарь без страха и упрека! Рыцарь, специализирующийся на обиженных вампирами девицах. Самое интересное, что, слушая, как Гоша ругает колдуна за глупое геройство, она поняла, что у Богдана это настоящая мания.