Лилии на ветру

— Стоять, сволочи! Вы окружены!

От Гошиного удара по дорожному покрытию побежала трещина, у припаркованных авто сработала сигнализация. Под звуки адской какофонии словно из темноты вынырнула вооруженная сверкающими мечами, айсболами и огненными кинжалами четверка мужчин. Пятым был серебристо-серый гигантский волк, который с рычанием наступал на Циклопа.

— Оставь девку, — скривился Иниго.

Циклоп отпустил Лилю. И девушка, при падении содрав ладони, отползла под защиту зверя.

Не сводя с вампиров глаз, Гоша подошел и помог ей подняться.

— Мирослав Даринский! — Иниго склонился в вычурном поклоне. — Мое почтение главе Совета магов. Чем обязан?

Шатен с модельной асимметричной стрижкой развеял огненные кинжалы и сделал шаг вперед.

— Ты гость в нашем городе, Веласкес, но успел наследить. Так не поступают.

— Я наследил? — искренне удивился вампир в сером. — Где? Когда?

Маг красноречиво перевел взгляд на раскуроченный внедорожник.

— Ах это! — Вампир пожал плечами. — Недоразумение. Я всего лишь хотел вернуть свою будущую ученицу, а полоумный маг, похитивший мою собственность, напал на нас и даже сжег одного из слуг. То, что Эля согласилась на обращение, подтвердит контракт. Я не нарушил Договор.

— С каких пор будущих учеников выпивают досуха? — иронично поинтересовался Мирослав. — Непохоже, чтобы девушку готовили к преображению, скорее, к участи закуски.

Эля, стоявшая недалеко от Циклопа, кусала бескровные губы. Присутствие магов подействовало на жертву вампиров благотворно, и свобода воли постепенно возвращалась к ней.

— В каждом клане свои правила, маг, — возразил Иниго и нагло поинтересовался: — У тебя есть еще какие-то нарекания? Или мы можем ехать?

Богдан задохнулся от возмущения и раскрыл рот, чтобы озвучить свои претензии к наглецу, но, встретившись со строгим взглядом главы Совета, недовольно отвернулся.

— По имеющимся у нас сведениям, девушка несовершеннолетняя и не имела права заключать с тобой контракт, а значит, маг, забравший ее у тебя, действовал согласно законам Полуночи.

Иниго, грустно глядя на Лилю, признался:

— Нет, я не похищал ее. Я стремился спасти ее от сумасшедшего, который взял ее в заложницы.

— Богдан не брал меня в заложницы! — выкрикнула Лиля.