Лилии на ветру

Странно, она не думала, что можно одновременно испытывать и страх, и отвращение.

— Крепкая цыпочка. Мне нравится. Беру. — Вампир раздвинул узкие губы в кривой усмешке. Бросив взгляд поверх Лилиного плеча, отдал приказ: — Циклоп, в машину ее.

Сначала она ощутила легкий смрад испортившегося мяса, после чего в поле зрения возник двухметровый (если не выше!) увалень в красном спортивном костюме. Непропорционально сложенный, он на три головы возвышался над своим хозяином. Гротескно выпирающие мышцы буграми перекатывались под одеждой.

Двуглазое существо, прозванное почему-то Циклопом, протянуло лапу к Лиле. Вампир, удерживающий ее, толкнул в спину, и девушка с силой врезалась в торс великана. Внутри нее что-то противно хрустнуло. Зашипев от боли, пленница отшатнулась, но было поздно. В непосредственной близости от Циклопа воняло непереносимо, и у нее сработал рвотный рефлекс.

Пока Лилю выворачивало наизнанку — Циклоп с детской непосредственностью наблюдал за процессом — полузадушенный Богдан снова взмолился:

— Отпусти ее, Веласкес.

— Тем интересней, — равнодушно процедил вампир. — Мне все равно ничего не будет.

Оглянувшись, вампир сканировал взглядом пустую парковку. Никого, хотя шума они наделали порядочно. Иниго мрачно усмехнулся: столько веков прошло, а людишки все так же трусливы, принцип невмешательства остается их кредо.

— Уходим, — рявкнул Веласкес. — Девок — в машину, колдуна в расход!

Циклоп схватил Лилю за шиворот и, не обращая внимания на треск материи, потащил к автомобилю. Вампирская «кормушка» шла сама.

В глазах кровососа, удерживающего Богдана, засветилась злоба. Кровь магов вкусна и полезна… какое разочарование, что добру придется пропасть. Он занес когтистую руку для удара, мгновение помедлил, не ослушаться ли патрона и куснуть по-быстрому?

— Кончай его! — гаркнул всевидящий хозяин.

Колдун, даже не пытаясь закрыться, не отводил глаз от убийцы. Вампир замахнулся. Когти вместо плоти разрезали воздух. А сам он отлетел в сторону, сбитый с ног мощным пинком. Богдан пораженно смотрел, как Гоша, наступив коленом на грудь вампира, вколачивает в шоссе его голову, и та мгновенно превращается в кровавое месиво. Оборотень, все еще пребывающий в человеческой ипостаси, но с неестественно желтыми глазами, не поднимаясь, ударил кулаком об асфальт.