Лилии на ветру

Кассандра давно перестала быть бесправной рабыней: от ее предсказаний зависело финансовое благополучие и процветание клана Стального Феликса. Он не мог не считаться с ней.

Феликс недовольно признался:

— Иниго продал мне «Прощение Аполлона».

— И какова цена? На меньшее, чем твоя душа, он ведь не согласился? — За иронией рыжая пыталась скрыть страх. И наверное, ей это удалось.

— Забавно! Вы общаетесь, как семейная пара! — усмехнулся вдруг Паскаль, гася напряжение, возникшее в комнате.

— Завидуй молча, Греко, — отбрил итальянца Феликс.

— Что за объект? — продолжила допрос Кассандра.

— Заброшенный химический завод.

— Феликс, ты — идиот, я ведь предупреждала…

Ясновидящая не договорила — стальные пальцы с черными когтями сжали ей горло. Мастер одной рукой оторвал хрипящую вампиршу от пола.

— Касс, радость моя, следи за своим прелестным ротиком.

Иниго Веласкес подался вперед. Темные глаза ожидающе сузились — гриф наблюдал за агонией будущей жертвы.

— Я не экстрасенс, но что-то мне подсказывает, что мы здесь лишние, Веласкес. — Итальянский Мастер лениво поднялся с дивана. — Ты сделку заключил, я подтвердил — пора и честь знать.

Проходя мимо полузадушенной Кассандры, Паскаль подчеркнуто развязно бросил:

— Хей, Феликс! Не читай перед сном Шекспира! Ну а ты, bambina, подумай еще раз над моим предложением.

Гости закрыли за собой дверь — Мастер разжал руку, и Кассандра, захрипев, упала на пушистый ковер.

— Пошли вон! — бросил Феликс телохранителям пророчицы.

Слава повиновался слепо, Михаил нерешительно задержался у дверей, но, нарвавшись на тяжелый взгляд древнего, выскочил в коридор.

— Больно? — участливо поинтересовался Мастер, подавая руку предсказательнице.

— Нет, приятно, — буркнула она, потирая горло.

— А на что ты рассчитывала, когда предложила слегка придушить тебя?

— Думала, будешь душить нежно, а ты… ты и рад стараться! Я и правда поверила, что ты в бешенстве.

— Испугалась, значит? — Феликс осторожно отвел руку Кассандры от шеи. Багровые отметины исчезали на глазах, и все же Мастеру увиденное не понравилось. — Не надо было поддаваться на твои уговоры.

Рыжеволосая наигранно фыркнула и с нетерпением бросила взгляд на подлинник Моне.