Лилии на ветру

— Приятно, что есть на кого положиться. Пожалуй, я задержусь еще на неделю.

Лиля едва не запищала от радости. Еще неделя! Целых семь дней свободы!

Но бабушка, словно почувствовав ее восторг, тотчас испортила настроение:

— Лиля, а почему ты не пошла на встречу с Богданом?

Девушка поморщилась – похоже, отвергнутый колдун нажаловался.

— Ба, может, хватит заниматься сводничеством? — Лиля почувствовала себя закипающим чайником. — Я хочу сама строить свою судьбу! Хочу сама выбрать суженого — я имею на это право!

Полина Ивановна выслушала взрывной монолог внучки и спокойно заметила:

— Конечно, имеешь, но обязательств у тебя больше.

— Почему это не сумею? Я неплохо разбираюсь в людях и уж точно найду своего человека.

Секундное молчание, а потом старая ведьма печально вздохнула:

— Лиля, мы обе прекрасно знаем: ты очень плохо разбираешься в людях. И несколько лет назад это уже довело до беды. Я не хочу, чтобы с тобой опять что-то произошло.

Девушка закусила губу, чтобы не разрыдаться. И не потому, что не позволяла плакать гордость – на остановке она стояла одна, просто портить макияж глупо...

— Хорошо, если твой Богдан мне опять позвонит, я встречусь с ним и буду милой. — Давая слово бабушке, она скрестила пальцы за спиной.

Полина Ивановна, довольная вырванным обещанием, попрощалась — и Лиля стремглав бросилась к подъехавшей маршрутке, попутно внося в салон полноватого, неповоротливого дядьку.

Мужчина, решив «отблагодарить» нахалку парочкой ласковых эпитетов, развернулся и… резко передумал. Толкнувшая его девушка была чудо как хороша — стройная, длинноногая, сероглазая, с русой косой до пояса. Прямо идеал советской женщины, пропагандируемый во времена его молодости. Спортсменка, комсомолка и просто красавица. А когда она вежливо извинилась, захлопав длинными ресницами, то он и вовсе забыл, что на нее рассердился.

Подходя к офису медиахолдинга, Лиля подумала о предстоящем свидании вслепую – кстати, четвертом и явно не последнем! – и попыталась переключиться на работу. Получилось плохо, и она для себя решила: назойливый Богдан сам напросился, будет ему невеста — запомнит ее надолго!

Она пришла за пятнадцать минут до начала рабочего дня. Расписываясь в журнале регистрации прихода и ухода, увидела, что почти все коллеги уже на месте.