Невеста для серого волка

За нее горло перегрызу любому.

Подошел, упал перед бабулей на колени:

– Миссис Эвлиш, сжальтесь над несчастным, отдайте мне свою внучку. Обещаю, что обижать не буду!

Он выглядел таким искренним и трогательным, что бабушка, будь она зрячей, обязательно бы пустила слезу умиления. Но вместо нее придется плакать мне… От переизбытка чувств. Они кипели, как в чайнике, грозясь выплеснуться.

– Я согласна отдать Рози, но вы спросите сначала у нее, хочет ли она замуж? – мягко проговорила старушка, поворачиваясь ко мне лицом.

И все взгляды, как по команде, обратились на меня.

Я сначала робко кашлянула, потом выбралась из угла и протянула руки к своему дорогому другу. Прикосновения его ладоней обжигали. Во взгляде – немой вопрос. Неужели сомневается? Не знает, что успел стать незаменимым, как воздух?

Мой ответ желали услышать все, но говорила я только для него:

– Конечно, я согласна выйти за тебя, Эрик, – и, когда он радостях стиснул меня в объятьях, чуть не задушив, добавила шепотом: – Потому что тоже люблю.

– Вот и отлично, вот и славненько! – провозгласил управляющий. – Это нужно как следует отметить, и подарки у нас есть для всех, сегодня ведь новый год, светлый праздник!

У меня, кажется, рот перестал закрываться – так и застыл в блаженной улыбке. А у Эрика – руки, потому что никак не мог выпустить меня из объятий.

– Обещаю, ты не пожалеешь, Рози, – наклонился, почти касаясь моего лба своим, а я вдруг вспомнила тот день, когда впервые ступила под багряно-золотистый полог заколдованного леса.

И поняла, что абсолютно счастлива.

ЭПИЛОГ 1. РОЗИ

В этот полуночный час было так тихо, что, казалось, в воздухе звенит хрупкая ледяная взвесь. Зимняя ночь окутала дворец черным бархатом – вспыхнули огни гирлянд, словно маленькие звезды. Только руку протяни и коснись волшебства.

Мы с бабулей сразу обжились во дворце. Она полюбила гулять по саду или рукодельничать в компании таких же пожилых дам.

Меня же здесь считали чуть ли не национальной героиней и относились очень тепло, поэтому неловкость и смущение от непривычной обстановки ушли быстро. А придворный менестрель даже начал писать балладу о «Прекрасной деве и сером волке», которая спасла принца силой своей любви.