Сколько волка ни корми

— Этого у тебя не отнять. Не мне решать, останешься ты с нами или нет, я тебе уже говорила. Не надейся ни на что особо.

— То есть... — у Врана от неожиданности голос проседает, — ...то есть, согласна ты?..

— Согласна шанс тебе дать, о котором ты так просил, — отвечает Бая. — Не шанс даже — возможность. Приведу я тебя к нам, если так этого хочешь, а дальше уже всё от тебя зависеть буд...

Вран с чувствами собственными не справляется — слишком яркие чувства эти, жаркие, вспыхивают в нём огнём живым и мгновенным, всё нутро спалить грозят.

...и соображает: не девка это деревенская, вряд ли горячие поцелуи хоть в щёку, хоть в губы красные оценит. Девки деревенские от такого алеют да хихикают, от себя ладонями отталкивают, а взглядами назад тянут — а вот Бая едва ли так делать будет.

— Гм... Спасибо тебе, Бая, — смущённо говорит Вран. — Век этого не забуду.

— Век сначала прожить надо, — отвечает Бая, странно как-то в глаза ему глядя.

— Да, — говорит Вран. — Это точно.

Никогда ещё он так близко к Бае не стоял — и ворожба её неведомая, чары её волчьи, кажется, от близости такой сильнее становятся только: чудится Врану, что видит он в глазах её отблески янтарные, что чувствует он от волос её запах чудной, не зимний совсем — летний; пахнет от Баи травами душистыми, ягодами сладкими, но с кислинкой, и ведёт от этого запаха и взгляда странного у Врана голову, и ведёт, ведёт, ведёт.

— В моих глазах в мой дом проход не откроется, Вран из Сухолесья, — насмешливо говорит Бая. — Спешить нам надо, если до рассвета хотим ко мне попасть. А я бы на твоём месте очень этого хотела — хоть времени мне немного выгадаем, чтобы я с главой переговорить успела.

— Да, — повторяет Вран, моргая и приходя в себя. — Да, конечно. Сделаем всё в лучшем виде, Бая. Я быстро хожу, какой там рассвет — до сумерек утренних управимся.

Бая смотрит на него с лёгким сомнением, но ничего не говорит.

И из рук его почему-то опять не вырывается — второй раз уже.

***

— Дай мне руку, — почти шепчет Бая, поворачиваясь.

— Что?.. — рассеянно Вран переспрашивает.

Он уже и забыл, что за Баей следует, а не сам по лесу бродит — так долго они идут, так молчаливо, так быстро. Одно дерево другим сменяется, один сугроб в другой перетекает, один хруст их шагов слышится да дыхание Врана прерывистое.